Чем импортозамещение в Европе отличается от российского: у кого действительно будет технологический суверенитет
Европейцам придется создавать свои облачные технологии, сейчас в этом вопросе они полностью зависят от США. Фото: Kittyfly/Shutterstock/Fotodom
В конце января Европарламент принял резолюцию о технологическом суверенитете, поручив Еврокомиссии работу над законопроектом о технологическом суверенитете. ЕС лишь в 2026 году озаботился импортозамещением, которым Россия занимается с 2014-го года, а в цифровом пространстве – с 2019-го. Над российским импортозамещением иронизировали, а европейские меры по обеспечению технологического суверенитета воспринимаются как нечто должное. Ну и чем же российское импортозамещение отличается от европейского?
На Радио «Комсомольская правда» говорили об этом с Иваном Лизаном, главой аналитического бюро «Сонар-2050».
ИХ ПРИОРИТЕТЫ
- Так какие приоритеты ставит перед собой Евросоюз в импортозамещении, и какова вероятность достичь успеха?
- Шансы достичь чего-то промежуточного, что может быть записано в успех, у ЕС есть. Но они потеряли много времени, живя в рамках того глобального мира, где можно все цифровое доверить США. Ведь Америка считались не просто партнером, а патроном, чей долг – защищать Евросоюз.
- В том числе, оберегать от дефицита технологий и комплектующих?
- В США корпорации, продукцию которых ЕС, возможно, собирается замещать, очень развитые. Они сейчас опора и основа экономики. Но при этом многое, что завязано на реальный сектор, уже столкнулось с трудностями. Так американская «Тесла» уступила лидерство китайскому BYD по количеству собранных и проданных электромобилей. «Боинг» хромает на обе ноги, Об американском автопроме за пределами «электричек» мы уже в принципе и забыли.
- Для Европы это что означает?
- Европейцам придется создавать свои IT-корпорации, тогда как в США они давно есть. И эволюционно уже стали во многих сегментах практически монополистами в мире, - ну, если мы возьмем и от этого мира откусим большой кусок под названием Китай.
ОГРАНИЧИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ
- Что еще?
- ЕС нужно будет это все собирать в какие-то структуры, решать кадровые вопросы, вопросы, связанные с принудительным изменением привычек пользователей. Это сопряжено с запретами и ограничениями, с не всегда понятными правилами. Но если евробюрократия задастся целью отвязаться от американских цифровых сервисов, она это сделает. Пока у них всё на раннем этапе.
- То есть?
- Они осознали потребность в этом, на национальном уровне в ряде стран уже приняты ограничительные нормативно-правовые акты, например, во Франции. Сейчас идет обсуждение того, как это все должно выглядеть уже на уровне самого Евросоюза, то есть на уровне наднационального регулирования.
- Что именно им нужно принять?
- Они видят критическую зависимость по части облачных технологий. У них все завязано на США, Google, Amazon и прочих. Они видят зависимость по нейросетям, тоже все американское, своих нейронок у них нет. У Европы нет своего видеохостинга. У России есть, и мы пользуемся своими поисковиками. Не видно у них пока поползновений к тому, чтобы импортозаместить все и вся в части микроэлектроники. Но это, скорее, пока следствие того, что они эти программы воедино не свели.
РАЗЛИЧИЕ ПОДХОДОВ
- Чем отличается российский подход в импортозамещении от европейского?
- В России импортозамещение затрагивает не только софт, о софте и всех этих сервисах задумались в 2019 году, а озаботились основательно в 2022-м. У нас все началось с «железа». А Евросоюз себя считает до сих пор мировым лидером по многим технологиям.
- Но у них технологии и правда есть?
- Есть, и они исходят из того, что нет у них потребности замещать «железо», они пока в нем достаточно крепкие позиции удерживают. Но есть тревожные звонки для них.
- Это какие же?
- В 2008-м, когда на волне того кризиса шведская Volvo продавалась китайской Geely, гендиректор Volvo говорил о том, что куда там тем китайцам, они нас не догонят по технологиям. В октябре прошлого года ЕС решил, что, когда речь идет о вложениях в европейскую экономику, нужно требовать передачу технологий. То есть, они признали, что китайцы их во многом уже опередили. И они не столько будут заниматься импортозамещением «железа», как мы, сколько импортозамещением софта. Они видят свою зависимость критическую именно в плане различных цифровых сервисов. Но им впору уже задумываться о том, как они будут догонять другие страны по части индустрии.
- У них есть наработанный механизм, который позволил бы в конкретных отраслях добиваться поставленных целей?
– Пока нет. Это у России есть специальные инвестиционные контракты, соглашения о защите и поощрении капиталовложений, налоговые вычеты, когда компания попадает под действие различных налоговых маневров. Они у нас проводились в нефтянке, газохимии, виноградарстве, виноделии. У Евросоюза этого, похоже, еще нет. Но есть ряд глобальных факторов, которые могут поставить всю эту историю с их цифровым, и не только цифровым, импортозамещением, под угрозу.
ФАКТОРЫ УГРОЗЫ
- Какие факторы?
- Первый фактор – Трамп. Его должны в идеале стреножить на следующих выборах в Конгресс, лишив большинства в Конгрессе, а еще в идеале – в сенате. А вдруг он не временный? А если его стреножат, будут ли меняться эти программы? Не стоит списывать со счетов и американские IT-корпорации. Они не захотят терять европейский рынок. И у них есть все, чтобы этот рынок не терять. То есть, они могут открыть дочерние структуры, локализовать хранение на серверах на территориях ЕЧ.
- Это им под силу?
- Вполне. Но сложно разрабатывать большое количество сервисов сразу, особенно если этим делом никогда не занимался и 30 лет шел в фарватере американской IT и цифровой политики.
УВЯДШИЙ САД
- А как в ЕС справятся с импортозамещением без российских энергоресурсов?
- С одной стороны, декларируется цель – отказ вообще от российских энергоносителей. Но Европа впадает в зависимость от энергоносителей из США, при том потеряв российский рынок, который должен был приносить европейцам, в теории, деньги в рамках трансграничного углеродного регулирования. Европа не отказывается от «зеленого» курса, но он корректируется. Еще декларируется в качестве цели производство вооружений и поддержку Украины, и «оборону от агрессора» в лице нас, а теперь еще и цифровой суверенитет. Тут либо нужно разорваться, либо пересматривать экономическую политику, да и в целом внешнюю политику, либо признать нереалистичность всех поставленных целей сразу и выбрать из них приоритетные.
- Европа долго считали себя вершиной цивилизации, а тут такое…
- Они считали себя людьми, которым нет нужды воевать, у них конфликтов нет, они живут со всем миром в мире, но теперь вынуждены выживать в новых реалиях. Тем не менее, заворачиваться в белую простыню и ползти в направлении кладбища они не планируют. Например, оформили на днях две больших зоны свободной торговли – с Индией и с MERCOSUR. Европа планирует потрепыхаться…
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
«Воины у компьютера», ни разу не стрелявшие из винтовки: готовы ли армии Европы к войне с Россией