
Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
В казачьей бригаде «Терек» Добровольческого корпуса группировки «Юг» есть подразделение войск беспилотных систем. Парни, которые там служат, прошли немалый боевой путь, и у каждого хватает историй.
Воздушный разведчик «Хорс» подписал контракт в марте 24-го. В бригаду «Терек» пришел обычным стрелком. И сразу оказался на переднем крае.
- Был участок за Соледаром, мы находились в полуокружении у противника. Заходили по узкому коридору, все время под обстрелами, - рассказывает он. - Там я провел три месяца. Cлава богу, вернулись живыми. И смерть была рядышком, но бывало и весело. А когда нас вывели на ротацию, мне предложили попробовать силы в БПЛА.
«Хорс» не имел дел с электроникой, но согласился. И вот не прошло и двух лет, как он командир расчета.
- Иногда наблюдать страшнее, чем самому выполнять задачу. Однажды я чуть не поседел, - говорит боец. - Штурмовики из нашей бригады попали под сильный огонь. Их эвакуировали, а один остался (может, посчитали погибшим, не знаю). Мы его с воздуха увидели, и я тогда решил: сами заберем, иначе пропадет парень.
Хотя шансов было немного, комбриг дал добро на спасательную операцию. Тяжелораненый молодой штурмовик с позывным «Филин» лежал на пологом склоне в сотнях метрах от противника - на самом виду. «Хорс» отправил за ним на квадроцикле ребят из своего расчета - «Тира» и «Андерса». Хотел поехать сам, но ему приказали контролировать ситуацию с воздуха.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
Квадроцикл выскочил на склон, бесстрашный якут «Андерс» был за рулем, здоровенный «Тир» подхватил раненого… «Филина» выдернули прямо из-под носа у врага. Парень выжил. Вот недавно получил орден Мужества.
Работа на «мавике» требует внимания и точности. Легкий дрон-наблюдатель не унесет большой снаряд или мину, но даже с помощью скромного самодельного боеприпаса можно пробить бетонное перекрытие, главное, найти уязвимое место. Однажды в лесном массиве «Хорс» заметил и уничтожил замаскированный склад с боеприпасами противника.
- Не знаю, что там хранилось, но рвануло мощно. Мою «птицу»-разведчик даже в сторону немного откинуло, а она была на высоте больше 60 метров! - рассказывает «Хорс».
Но, бывает, судьба вмешивается в планы оператора БПЛА, будто говоря: «Этому пока рано».
- Один раз я летел прямо на противника, но как ни нажимал на кнопку, сброс не срабатывал. Он побежал от меня, упал, каска покатилась. А я все над ним вишу. Вот он страха натерпелся, наверное! В итоге он прыгнул в окоп, добежал до укрепления, и только потом у меня сброс сработал. Может, оглушило его немного.
Противника спасло чудо. Но «Хорс» об этом не жалеет - он не кровожадный. Говорит, предпочел бы работать по вражеской технике, но за полтора года так и не довелось. Ее почти нет. Противник прячется в подземных блиндажах и укрытиях и держится только за счет FPV.
Малочисленность врага дает ему даже некоторое преимущество: его сложно найти, он не вступает в бой, а сразу отходит. А еще ему проще выявить наши позиции, где скапливаются силы для атаки. И все же фронт движется - совсем недавно расчет БПЛА «Хорса» выдвинулся вперед еще на 5 км.
Если операторы беспилотников замечают упавшие вражеские дроны, то отправляют к ним дрон с механической рукой (вроде той, что в игровом автомате, где нужно зацепить детскую игрушку). Собранные на полях дроны ремонтируют, перепрошивают и используют. Были случаи, когда беспилотники лежали на земле… целый год. И сохранили работоспособность. Вставил батарейку, и он летит. Один из собирателей таких - оператор с позывным «Малой».

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
«Малой» - человек хозяйственный, однажды попытался спасти оборудование чуть не ценой жизни. Зато спас товарищей. Ему 36 лет, он из Ставрополя. Воюет с 2023 года. Был снайпером, но получил травму позвоночника, когда его откинуло взрывной волной.
- Мы на Кинбурнской косе стояли. К нам вражеский десант отправили со стороны Очакова. А до этого по нам целые сутки летело всё, что у них было. Даже фосфорные бомбы. Фосфор красивый, но страшный - белые полосы в небе, будто салют, и они летят вниз медленно-медленно.
Травма позвоночника боевым ранением не считается, но воевать мешает. «Малой» комиссоваться не захотел и продолжил службу - знакомый священник предложил ему освоить БПЛА, и тот согласился. Как и «Хорс», он аэроразведчик, летает на «мавике». Однажды, говорит, повезло заметить вражескую «газель» с боеприпасами. Сообщил «ударникам» координаты, и ее уничтожили.
В другой раз он выследил украинский «мавик», увидел, как тот заходит на посадку. Сбить вражескую «птицу» хорошо, но обнаружить ее гнездо - намного лучше.
Сам же он сбрасывает возможный «хвост», уходя через облака и туман.
Но его лучшая история - про заваленный блиндаж.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
Все начиналось буднично. Хороший день, «Малой» на позиции уже полтора месяца и к военной рутине даже как-то привык. Но внезапно начался артиллерийский обстрел, прилетели чужие «птицы» (штук пятнадцать, все на оптоволокне) - враг настойчиво разбирал соседние укрепления, где сидели операторы ударных дронов. Били по ним минут сорок, в том числе по тропе, ведущей к блиндажу.
Противник точно знал, где находятся наши парни. От леса на холме ничего не осталось, спрятаться негде. Но выбора у операторов не было - единственная высота, лучше позиции просто нет.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
Те блиндажи «Малой» хорошо знал - сам в них когда-то сидел пехотинцем. Теперь линия соприкосновения ушла вперед, а старые укрепления заняли операторы. И вот один из расчетов оказался под ударом - связь перебило, живы ли парни, «Малой» не знал.
Он закинул в мешок лекарства, сказал напарнику оставаться на связи и пошел к соседям.
- Страха не было. Только состояние беспомощности. Потому что я находился в одном месте, а ребята в другом. Мучила неизвестность, что с ними, как они там? - вспоминает «Малой».
Пройти нужно было всего-то 400 метров. Но по «открытке», на весь маршрут лишь пара сгоревших деревьев и больше никаких укрытий.
Бревенчатый блиндаж оказался полностью завален. «Малому» стало страшно - он боялся не за себя, а что в живых никого нет. Но ребята отозвались. Несмотря на опасность новых ударов, боец бросился растаскивать тяжелые бревна.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
Парней защитил полутораметровый слой земли над бревнами. Лишь одного сильно зацепило и повредило глаз. «Малой» оказал ему первую помощь. А потом помог им всем выйти с позиции: уже стемнело, и в темноте на открытой местности трое бойцов были легкой добычей для дронов с тепловизорами. Но ждать было нельзя, иначе раненый мог остаться без глаза, да и просто погибнуть.
Шли, цепляясь ногами за паутину оптоволокна, стараясь не запутаться. А если запутывались, останавливались и рвали ее руками.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
Им повезло. Пошел снег, и пока он шел, парни успели добраться до места эвакуации. Все это время говорили с раненым, чтобы не отключался, не потерял сознание от боли. В итоге глаз бойца удалось спасти - недавно «Малой» с ним списывался, тот уже начинает видеть.
А на следующий день «Малой» вернулся в разобранный блиндаж с напарником, чтобы забрать оборудование, которое там оставалось. Все сложили и начали отходить, как вдруг… их атаковали FPV-дроны. «Малой» нырнул под куст, сбросил рюкзак и начал отстреливаться. Два дрона успел сбить. Но третий влетел в брошенные рядом ящики с оборудованием и всё разбил. Хорошо, что снаряд был кумулятивным, а не осколочным. «Малой» получил контузию, но считает этот день своим новым днем рождения.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ