Что общего у парфюмера и работника кирпичного завода

Предприятие «ЛСР. Стеновые» после модернизации открылось в 2012 году.

Фото: Андрей АБРАМОВ. Перейти в Фотобанк КП

Мы в Павловском Посаде. Город на востоке Московской области знаменит не только текстилем и видом на излучину Клязьмы. Стою на территории местного кирпичного завода. Для истории отечественной промышленности — место знаковое: керамические стройматериалы здесь начали выпускать еще в 1889 году.

Сегодня завод входит в «Группу ЛСР», которая является одним из крупнейших строительных холдингов России. Это предприятие — не единственный производственный актив Группы. Холдинг начинал свою работу более 30 лет назад, в 90-х, когда как никогда был актуален принцип «Хочешь сделать хорошо — сделай сам». Так в портфеле группы появились свои кирпичные, железобетонные и прочие заводы. А еще карьеры, где добывается нужное для создания стройматериалов сырье. Получается что-то вроде замкнутого цикла: сами производят материалы, сами строят из них дома — невиданная по нынешним временам роскошь. Неудивительно, что ЛСР считается одним из самых надежных застройщиков в нашей стране.

Фундамент этой надежности стоит в том числе на тех самых павловскопосадских кирпичах. Даже если вы не сильно интересовались современной индустрией стройматериалов в России, то наверняка видели — хотя бы на фото! — кирпич и клинкер (особо прочная разновидность кирпича, используется для мощения тротуаров, сооружения лестниц и оформления фасадов) марки «ЛСР». Они в изобилии присутствуют, например, в модном московском квартале Зиларт, который мелькает едва ли не в каждом фильме, где киношникам нужно показать ультрасовременную жилую архитектуру столицы. Да и новое здание Третьяковки на Кадашевской набережной тоже украшено тем самым «элэсэровским» клинкером нарядного цвета охры.

НЕ ПРОСТО КИРПИЧ

Производство кирпича начинается на участке первичной переработки сырья. Название для обывателя скучное. Но на вид все куда интереснее. Привезенная глина лежит себе эдаким косогором (промышленники называют его «конусом») — этажей в девять.

— Из глины удаляются крупные камни, а комки — перемалываются. Иногда в глине попадаются ракушки, что-то похожее на ядра, которые использовали в артиллерийских орудиях прошлого. Комбинируем разные сорта и марки глин, чтобы получить необходимые цвета и нужные свойства продукта, — говорит директор завода Роман Иванов.

— Это как составить парфюмерную композицию? — интересуемся у главного.

— Наверное, даже сложнее! Аромат мы чувствуем лишь обонянием, а цвет и фактуру кирпича видим глазом и чувствуем «в деле». Ведь главная функция кирпича — не декоративная: это строительный элемент. Он должен обладать такими свойствами, чтобы здание получилось безопасным, долговечным, энергоэффективным и комфортным. Может показаться: ну что такого особенного в кирпиче? Но давайте рассуждать дальше. Когда мы живем в теплых и уютных зданиях, у нас появляется фундамент для развития семейных ценностей.

В кадре кирпич-сырец после сушки по конвейеру транспортируется на следующий этап — запекание в печи.

Фото: Андрей АБРАМОВ. Перейти в Фотобанк КП

Для справки уточним, что керамический кирпич изготавливается из смеси воды, глины и добавок. Добавки — секрет производства. Пока осматриваем предприятие, директор строго-настрого напутствует: не фотографировать склад с добавками, чтобы ненароком не выдать промышленных тайн.

При добыче в карьерах глина зачастую серо-зеленоватая, иногда — с голубым отливом (примерно такую вы могли видеть в различных спа-салонах и косметических средствах). Однако всем знакомый цвет керамического кирпича — красный. Он рождается в процессе запекания. Хотя сегодня технологии позволяют получить почти любой нужный архитектору цвет. На производстве гордо показывают графитовый кирпич — практически черный. Или фиолетовый, красный с переливами… Получать такие стройматериалы после обжига — процесс на грани искусства и технологичности.

— Комбинация сортов глины служит как декоративным, так и физическим свойствам, — поясняет Роман.

РАБОТА ДЛЯ КРОТА

Смесь глины и песка называется «шихта». Это сырье для формовки — грубо, говоря, «тесто», из которого и лепят кирпич.

— «Женим» песок и глину. А затем перетираем в мелкую фракцию, чтобы кирпич был однородный по цвету и составу. Какой угодно песок не подойдет. Нужен с определенным показателем зернистости — крупности. Каждую партию песка просеиваем через сито, чтобы убедиться — материал подходит, кирпич получится прочным.

Ковшовый экскаватор, который сгребает шихту на конвейер, похож на гигантскую бензопилу. На заводе оборудование прозвали «кротом» — поскольку машина без устали пропускает в сутки около 350 тонн шихты. Это около 20 самосвалов, груженных сырьем.

Шихта распределяется по таким отсекам: из-за увлажнения сырья на участке пахнет как в гончарной мастерской.

Фото: Андрей АБРАМОВ. Перейти в Фотобанк КП

Если шихту мы сравнили с тестом, то ее следующий этап обработки назовем «перемешиванием в гигантском блендере» — правильно он называется «растер». Машина еще раз перетирает сырье, добавляет нужное количество воды. После отправляет материал в пресс-машину (она также удаляет весь кислород из шихты), из которой выходят полутораметровые бруски. Острейшие стальные струны нарезают их на кирпичики. Хотя на этом этапе их правильно называть «сырцы». На сырец можно нанести рисунок, например фактурные бороздки — в будущем они могут добавить фасаду здания дополнительный объем и пространство для эстетических маневров.

Сырец в руке ощущается тяжелее кирпича, потому что насыщен влагой. Но своей плотностью масса напоминает тугой пластилин — его можно скрутить или разорвать голыми руками, пусть и с изрядным усилием.

На этом этапе сырец по консистенции напоминает прочный пластилин.

Фото: Андрей АБРАМОВ. Перейти в Фотобанк КП

Сырой кирпич на вагонетках отправляется в туннельную сушилку. Внутри от 70 до 115 градусов — в зависимости от материала. Там ему предстоит провести три дня: влага должна выходить постепенно, иначе стройматериал получится хрупким. Одновременно в туннеле находится свыше 400 тысяч будущих кирпичей.

— А тут сухой продукт на печные вагоны «сажают» (т. е. переносят — Авт.) наши японские друзья — роботические руки. Вагоны дальше отправят в печь. «Рассадка» не хаотичная. Здесь своя система, свой порядок: важно, чтобы в печи обжиг произошел равномерно для каждого из сотен тысяч кирпичей, — говорит Роман, стоя на фоне гигантских механических клешней. Несмотря на размеры, крутятся и сгибаются они с едва ли не балетной грацией.

Роботы «сажают» материал на печные вагоны.

Фото: Андрей АБРАМОВ. Перейти в Фотобанк КП

ЗОРКИЙ ГЛАЗ

В печи кирпич проведет еще три дня.

— Здесь происходит волшебство! — искреннее восклицает директор. — В печи несколько секций: рост температуры и ее снижение происходят постепенно. На пике — свыше 1000 градусов Цельсия. Кирпич буквально раскаляется и начинает светиться. Вот же — сами посмотрите!

Мы подходим к небольшому окуляру, как на подводном батискафе. Через него можно заглянуть в печь. Все пространство внутри залито живописным огнем цвета сицилийского апельсина.

Все управление печью происходит дистанционно.

Фото: Андрей АБРАМОВ. Перейти в Фотобанк КП

Но и после печи кирпич все еще не готов. Еще одна ответственная технологическая процедура — охлаждение. При нагревании до 573 градусов начинается переход из альфа-кварца в бета-кварц. А при охлаждении — обратно. Если не углубляться в технические подробности, то суть процесса вот в чем: при нагреве на молекулярном уровне меняется структура кварца в составе кирпича. Кирпич становится чуточку больше (буквально на 0,82%). Если переход туда-обратно будет резким, то получится не тот кирпич, который может 50–100 лет и больше служить в составе стены здания. Материал будет хрупким: станет буквально рассыпаться в песок при малейшем ударе. А этого допустить, конечно же, никак нельзя.

Когда все процессы завершены, каждый кирпич осматривают в зоне приемки. Да, мы не ошиблись — каждый кирпич из многотысячной партии. Машина подает на рабочее место оператора три десятка изделий. Тот обследует их и убирает изделия со сколами и трещинами. Работа чем-то напоминает картинку-головоломку в журнале: где на, казалось бы, идеальном рисунке нужно найти едва заметные глазу огрехи. Но операторы справляются. Мы тоже попробовали поискать брак, хотя бы явно заметный скол — но у меня на осмотр уходило слишком много времени.

— Я на этом участке уже восемь лет стою. Так что знаю, куда смотреть, — подмигнул специалист ОТК Сергей. — 125 тысяч кирпичей в сутки выпускает завод, и каждый мы с коллегами осматриваем.

Зона приемки.

Фото: Андрей АБРАМОВ. Перейти в Фотобанк КП

125 тысяч кирпичей — этого хватит на строительство двух подъездов пятиэтажного дома. Правда, при сооружении многоквартирных домов, в отличие от индивидуальных коттеджей, кирпич и клинкер сегодня чаще используют «поверх» монолита, для облицовки. И не только ради красоты — такой дом становится более энергоэффективным.

— Кирпич задает настроение улице. Плюс принимает удар всех агрессивных сред — дождя, мороза, — рассказывает Роман Иванов.

Готовые к отгрузке партии — осталось упаковать. Это тоже делают роботы.

Фото: Андрей АБРАМОВ. Перейти в Фотобанк КП

Как мы уже рассказывали, стройматериалы, производимые на заводах «Группы ЛСР», девелопер использует для собственных проектов. Также кирпич и клинкер разных видов, перегородочные камни, газобетон здесь закупают другие компании и частные домостроители — для собственных или клиентских проектов ИЖС, коммерческих объектов. В конце концов, надежность и качество ценят не только покупатели квартир, но и профессионалы рынка.

Реклама. ПАО «Группа ЛСР». ИНН 7838360491. erid: 2W5zFK2t5hT