
Массовое использование на Украине подводных автономных систем грозит открытием нового фронта. А первая зона риска — акватория Черного моря. Так считает военный эксперт Института права и национальной безопасности РАНХиГС Александр Степанов. С ним мы обсудили эту тему на Радио «Комсомольская правда».
— Насколько велика угроза открытия такого фронта?
— На Украине сейчас действуют такие подразделения, как Brave1. Оно является интегратором различных высокотехнологичных решений западного ВПК. Уже длительное время идет отработка различных сценариев применения как надводных, так и подводных дронов в Черноморской акватории. Сейчас они переходят к этапу активных действий и применения линейки «Толока». Она была ранее презентована — и это продукт как раз Brave1. И он странным образом напоминает изделия, принимаемые на вооружения в разных армиях стран НАТО.
— Каких, например?
— Компания Euroatlas в Германии производит схожие по параметрам и возможностям подводные автономные системы. И Anduril Industries из США — один из ключевых подрядчиков Пентагона, — обеспечивает производство очень широкой линейки подводных дронов. Интеграция этих решений для применения в боевых условиях в черноморской акватории — лишь первый шаг для блокирования как российских торговых возможностей, так и наших союзников.
— Это в большей степени западные, чем украинские разработки?
— Киевский режим выступает прокси западного ВПК в качестве основного полигона по испытанию передовых решений и их интеграции. И подводное пространство превращается в новый театр военных действий — новый с точки зрения расширения спектра инструментов. И массового применения беспилотных систем с максимальный уровнем автономности — без участия человеческого фактора.
— Они опаснее надводных намного?
— Их могут применять под водой и по роевому принципу — вот это серьезная угроза. С такой угрозой сейчас столкнулись авианосные группы США. Когда попытались свое влияние продемонстрировать в приграничных с Ираном водах. Иранские подводные беспилотники стоят на вооружении их ВМФ и являются реальной угрозой для надводного флота США.
— Авианосцы и линкоры пасуют перед москитным флотом — а мы то сами готовы к такому противостоянию?
— Наша страна столкнулась с серьезными вызовами и в технологическом плане, и в плане контроля очень обширных акваторий, которые мы имеем.
— Не только в Черном и Балтийском морях?
— Надо посмотреть и на арктическое направление — в среднесрочном планировании Запад попытается блокировать и наш Северный морской путь. Это — чрезвычайная угроза. Она требует максимально динамичных решений. Таких, которые позволят не только обеспечивать мониторинг акватории, но и позволят уничтожать те объекты морской и портовой инфраструктуры, и те производственные площадки, что развертываются не только на Украине. Но и в Прибалтике, и в Германии, где уже есть локализация американского производства.
— К такому мы готовы?
— У них есть системный долгосрочный плановый подход для нейтрализации морской навигации нашей страны. У нас нет иного выхода, кроме как жестко реагировать на подобные вызовы — вплоть до применения систем, которые будут блокировать возможность любой навигации иностранцев в тех акваториях, которые отвечают нашим жизненно-важным интересам.
— А что говорит морское право?
— Морское право погибло на наших глазах. В последних актах блокирования морских коммуникаций. Мы видим абсолютно пиратскую политику и стран НАТО в Европе, и США в Карибском бассейне. Морское право уже не востребовано. Сейчас работает право сильного и аргументы высоких технологий.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ