
Фото: REUTERS.
В Белом доме анонсировали обращение Дональда Трампа к нации о происходящем вокруг Ирана. В четыре утра по Москве 2 апреля президент США скажет что-нибудь судьбоносное. Или не скажет — его последние заявления о войне звучали противоречиво. Но их поняли так, что Трамп готов отступить. При этом хозяин Белого дома сообщил: вопрос о выходе Америки из НАТО уже фактически решен.
Как понимать слова американского президента об Иране при том, что Штаты продолжают стягивать войска в регион, KP.RU объяснил востоковед Семен Багдасаров.
Президент США Дональд Трамп пообещал, что и Ирана не будет ядерного оружия
Выступив в ночь на вторник, Трамп сказал, что смена власти в Иране никогда не входила в его планы, но она уже сменилась. А вообще у Белого дома была только одна задача — лишить Тегеран возможности создать ядерное оружие, и эта цель уже достигнута. До конца военной операции на Ближнем Востоке осталось две-три недели, разблокировать Ормузский пролив Америка не собирается — пусть это делают ее заинтересованные в ближневосточной нефти союзники.
Сделка с Ираном для завершения войны, заявил Дональд, необязательна, но Тегеран очень хочет заключить соглашение с Вашингтоном.
Между тем, по словам госсекретаря США Марко Рубио, Америке стоит серьезно переосмыслить значение НАТО: альянс стал похож напоминать улицу с односторонним движением. Американские войска защищают Европу, но, когда Белому дому потребовалась помощь с Ираном, союзники отскочили. Трамп поддержал подчиненного, в интервью The Telegraph подчеркнул: выход его страны из натовского договора об обороне «уже не подлежит пересмотру. Меня никогда не убеждало НАТО. Я всегда знал, что они — бумажный тигр, и Путин, кстати, это тоже знает».

Фото: REUTERS.
— Трамп сам себе противоречит через день, а иногда и в рамках одного выступления, — говорит директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров. — То, что мы сейчас видим по Ирану — классическая история: президенту США нужно показать, что он что-то сделал, даже если это «что-то» — просто набор громких фраз. На самом деле, мне кажется, его задача сейчас — зафиксировать хоть какую-то видимость победы и уйти из зоны конфликта.
Но проблема в том, что иранцы так просто это не проглотят. Они будут бить до тех пор, пока не достигнут собственных целей.
Как только США начнут сворачивать операцию и выходить из региона, Тегеран сразу преподнесет это как свою победу. Скажут: «Мы выстояли, мы заставили их уйти». И на этом они не остановятся. Дальше начнется добивание американских баз на Ближнем Востоке. Плюс давление на союзников США в регионе.
Контроль над Ормузским проливом? Иран его и не отпускал. Трамп последние недели обещал, что освободит пролив чуть ли не военной силой, но, как мы видим, этого так и не произошло. Это будет поражение США, какими бы победными реляциями ни пытались прикрыться в Вашингтоне.
Между тем вчера, сразу после выступления Дональда Трампа, саудовский телеканал Al Hadath сообщил: при ударе Израиля по Тегерану погиб глава судебной власти страны Голям Хоссейн Мохсени-Эджеи. Иран этого не подтвердил и не опроверг. Действовали ли израильтяне в координации с американцами? Это неизвестно, но в любом случае Тель-Авив больше всех заинтересован. Мохсени-Эджеи с середины 1980-х занимал ключевые посты в силовом и судебном блоке: возглавлял министерство разведки, был генпрокурором Ирана.

— После гибели Али Хаменеи он стал членом переходного совета, который временно взял на себя функции верховного лидера, — объясняет Багдасаров. — Туда же вошли президент Масуд Пезешкиан и аятолла Алиреза Арафи. То есть Мохсени-Эджеи — один из трех людей, которые фактически управляли страной в критический момент.
Он был жестким консерватором, антизападником. Канада, США, Швейцария, Евросоюз — все ввели против него санкции за нарушения прав человека.
Так что его устранение — это, конечно, удар по иранской системе. Но вот только этот удар, скорее всего, не сломает их, а наоборот — развяжет руки.
Ситуация патовая. США хотят выйти с флагом «победа», а Иран не даст им этого сделать. И в этом противостоянии Трамп сам себя загнал в угол. Его слова сейчас — просто попытка сохранить лицо, но Ближний Восток такую игру не прощает.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ