Из 26 чернобыльцев остался я один: Какие уроки мы извлекли из трагедии
40 лет назад в ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС принимали участие до 600 тысяч советских граждан. Фото: Валерий Зуфаров, Владимир Репик/ТАСС
40 лет назад произошла трагедия — на территории Украинской ССР, неподалеку от белорусского Полесья, взорвался атомный реактор на четвертом блоке Чернобыльской атомной станции. Десятки людей погибли, тысячи были облучены, до 600 тысяч участвовали в ликвидации последствий катастрофы.
KP.RU обратилась к ликвидатору аварии, бывшему главе «Союза Чернобыль» Герману Белову.
- 40 лет прошло — какие выводы сделаны?
- Все поняли: предписания должны исполнятся четко. В конструкции станции, в обслуживании — все вопросы должны прорабатываться досконально. Безопасность, дисциплина, порядок — в отработке каждого действия при возможной ликвидации последствий аварии. Тогда ведь оказалось, что не готовы были ни мы, ни население. Хотя после взрыва и применяли радикальные меры. Тогда руководство оказалось не готово сразу понять и принять масштаб того, что случилось. Сейчас, надеюсь, готово.
- Что опыт Чернобыля стимулировал у нас в стране?
- В первую очередь, развитие атомных технологий. У нас они точно шагнули вперед.
- В Европе Чернобыль стал поводом для дискредитации атомной энергетики - критиковали нашу, а угробили свою?
- Это же политическое решение было. Германия от АЭС отказалась, а сейчас им электроэнергии не хватает. Они за голову схватились - что делать? Вынуждены возрождать.
- Урсула фон дер Ляйен, с одной стороны, признала, что отказ от АЭС стал ошибкой, с другой, критикует «Росатом», санкциями ему грозит.
- От лозунгов лампочка не загорится. Санкции — санкциями, а посмотрите, сколько стран заказывают атомную энергетику? «Росатом» строит везде — от Белоруссии до Ирана, от Египта до Венгрии. Поняли все уже — потребности в электроэнергии будут расти, а без АЭС где ее взять? У нас десятки станций построены - и сколько еще заказов на строительство?
- В Европе твердят о ядерной безопасности, но «не видят» ударов Киева по Запорожской АЭС, американцев по Бушеру...
- А им неудобно это замечать. Но наши атомные станции делали так, что они хорошо защищены от ударов. И когда украинцы обстреливают ЗАЭС— они то в пруды охлаждения попадают, то в электроподстанции, то в ЛЭП.
- Наши атомщики после Чернобыля очень требовательны к безопасности АЭС, но разве прежде мы могли подумать, что начнутся систематически атаки ядерных площадок?
- Вообще-то, и в наше время уже думали о том, чтобы защитить как следует. Когда разрабатывали двигатели для атомных станций, насосы, вентиляторы, на заводе Владимира Ильича их испытывали на платформах, где имитировали землетрясения до семи баллов. Но, конечно, никто не мог представить, что по АЭС будет регулярно бить артиллерия или дроны прилетать, которых тогда и не было.
- Болевой порог в отношении атомной безответственности снизился?
- Наоборот. Он повысился серьезно. А это грозит новыми катастрофами
- Ликвидаторы 40 лет назад приезжали в Чернобыль из многих республик Советского Союза?
- Из всех 15. И никто никого не делил по национальностям. Рядом со мной были и белорусы, и украинцы, и ребята из Азербайджана. Работали вахтами по 14 дней. Сейчас немногие выходят на связь. В моей поликлинике было закреплено 26 чернобыльцев. На днях спросил: «Сколько нас осталось?» Мне говорят: «Вы один».
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ