Идут через Россию двое: Из Москвы до Владивостока пешком отправилась парочка отчаянных молодоженов

Павел и Тамара - два сапога пара, неутомимо идут уже по Западной Сибири.

Фото: Владимир ВОРСОБИН. Перейти в Фотобанк КП

Такой маршрут придумала себе пара молодоженов.

Павел (Шабалин) и Тамара (Погосян) шли из Москвы во Владивосток пятый месяц, возмущаясь, что их называют чудиками.

- Какие мы чудики?! - хмурился Павел.

От раздражения Павел развил такую скорость, что я охнул и на аварийном режиме засеменил рядом.

- Так мы и есть эти… чудики, - попробовал я пожать плечами, но на них висел рюкзак с едой.

Мы шли из маленького Тюкалинска в сторону Омска. Если топать навстречу белым кораблям, притворяющимся облаками, то через год-полтора мы уже будем во Владивостоке.

Сегодня нужно отмахать 40 километров за 8 часов. До деревушки Малиновка.

- Из 9200 километров мне нужно пройти всего 40, - прикидываю. - Один тестовый день. Справлюсь. Я же чудик непростой - заслуженный… В 2016-м добирался на электричках из Москвы до Владивостока (33 дня), в 2022-м автостопом из Калининграда в те же края (59 дней), в 2018-м по Волге на резиновой лодке от самого истока до Каспия (месяц).

И тут друзья пишут: «Ворсобин, тебя обставили. Какие-то сумасшедшие идут из Москвы до Владивостока!»

«Зачем?» - автоматически интересуюсь. И спохватываюсь - какой обывательски душный, старческий вопрос.

Вот вы, читатель, разве не мечтали дойти пешком через всю огромную страну?

ИСТИНА ПЕРВАЯ: КАК МАЛО НУЖНО ДЛЯ СЧАСТЬЯ

Павел и Тамара познакомились в Краснодаре. Служебный роман в одной из IT-компаний, переезд в Москву, свадьба, планирование ребенка…

Дальше, конечно же, работа, кредиты, египты, пеленки… Павел до сих пор не понимает - что на него нашло.

- Как сейчас помню - 7 января, - кричит он сквозь вдруг обрушившийся на нас ветер. - В ТикТоке попадается видео - идет мужик. Тысячу километров. Причем чувак иностранный. Почему видео зацепило - понять не могу. В голове засела мысль: смогу ли дойти до Владивостока? И все тут!

Очарованный тем ходоком Павел бежит к супруге - не хочешь ли, Тома, пройтись до Тихого океана?

- Я думала три дня, - вздохнула Тамара…

Почему согласилась, доподлинно неизвестно. Говорит - муж отправился бы во Владивосток и без нее…

- И пошел бы! - кричит он нам вызывающе.

Я недоверчиво рассматривал Тому - легкая, изящная, веселая девчушка. Позади 100 дней пути. 2,5 тысячи километров у ее ног. Ни тени усталости. Ни даже грусти… Декабристка XXI века.

Неделями она идет, чтобы в больших городах… накраситься. Сделать прическу. А потом снова в этот ад.

Какую силу воли надо иметь, чтобы ответить мужу: «Через неделю идем во Владивосток? Полтора года пути? Ну, конечно, милый!»

Через 10 дней после просмотра того окаянного видео, то есть в середине января, парочка двинулась в путь, сгрузив весь свой скарб на маленькую тележку. Дотолкали ее до Владимирской области, там и бросили завязшую в снегу…

И скоро пришли к одному из Главных Выводов Экспедиции.

- Так мало нужно человеку для счастья, - сказал всю дорогу советовавший мне избавиться от части «ненужных продуктов» в рюкзаке Павел, - Лишние вещи - лишний груз. Я понял, что вокруг нас много лишнего. Мы тащим его по всей своей жизни, как тяжелый рюкзак. Зачем? Мы стали ценить необходимость того, что действительно нужно…

- Мы научились быть счастливыми при минимуме условий, - поддакивает Тома. - Лишь бы было солнце, здоровье, и мы рядом.

- Когда Тома в Москве тащила меня в торговый центр, я уставал больше, чем сейчас, - усмехается Павел. - Теперь в отместку веду ее во Владивосток!

- Нисколько не жалею, - шепчет мне Тамара. - Не представляете, сколько у нас эмоций!

ИСТИНА ВТОРАЯ: ЕСЛИ ДОЙДУТ, ТО ВМЕСТЕ НАВСЕГДА

Прошел 15 километров. Спрашивают: «Как самочувствие?». Делаю снисходительный вид: «Три часа дороги - ерунда».

Вру. Мы шли по колючему гравию, вдоль трассы, мимо неслись машины, все было в комарах, мухах, запахе гари, сверху решил облегчиться дождь. Утренний энтузиазм испарился, цифра «40 километров» казалась неприятно гадкой… Спасали разговоры.

- Я в Москве, - рассказывает Павел, - неделями не мог собраться в спортзал, который у дома. Вечно не хватало времени. Теперь я похудел на 15 килограммов! Мы идем по 6 - 8 часов в день, затем два часа работаем (удаленка). Перед сном монтируем видео и выкладываем в соцсети. Утром в 6 подъем. И снова в дорогу. И все успеваем - потому что…

- Захочешь жить - не так раскорячишься, - проворчал я.

Обозреватель «КП» Владимир Ворсобин прошел один день вместе с путешественниками. Фото: Личный архив Владимира Ворсобина

- Точно, - расхохотались киборги, эти машины по поглощению километров… И, глядя на мою мрачную физиономию, переглянулись, смягчились. И скомандовали: - 10-минутный привал…

Они не реагировали на дождь. Раньше, говорят, нервничали. Но на второй тысяче километров поймали дзен. Что-то падает с неба? Ну, да. Ветер? Что, ж… Комары, гнус? Природа… Холодно? Надели термобелье. Жарко? Снова ветровка. Казалось, бредущие по России фигурки Павла и Томы так слились с ней, что вот-вот превратятся в часть ее ландшафта…

Иногда они не чувствуют ног. Ноги идут сами. А их хозяева почти спят - в походном астрале…

Дружные киборги. Интересно, сколько парочек на их месте развалилось бы еще до Владимира?

Путешествие - это как запереть на год супругов в одной комнате (пусть и размером с Россию). Это как устроить реалити-шоу с ежедневными испытаниями. Каждый день лицом к лицу, вымотанные, изнуренные, вымокшие, ужаленные.

Но нет, тут: «Я же говорила!», «Опять ворчишь!», «Я устала», «Не ной», «Давай закончим»…

- Как так? - спросите. А бог его знает… Эту семью, похоже, не разрушить. Путешествие превратило ее в алмаз.

Но мне не до мелодрам с голубками и амурами. Цепляюсь за жизнь. 20 километров. Где эта чертова Малиновка?!

- После путешествия уедем из Москвы, - рассуждал Павел, он левитировал над дорогой, плыл на своей волне. - Приглянется какой-то городок, там и будем жить. Маленький, добрый, красивый…

- Понятно, - ворчу…

25 километров.

- Владимир? - из тумана смотрело чье-то обветренное лицо. - Вам принципиально дойти до Малиновки? Поезжайте на такси, закажите кофе, подождете нас…

- Да-да-да! Кофе! - заорал мой растерзанный организм, требуя прекратить издевательство.

- Я не устал. Я еще о-го-го, - говорю торжественно, роняя себя на траву. Открываю баночку сока, который пять километров назад дал какой-то радостный мужик.

- Вы из «Комсомолки»! Я уже знаю! Это вам, - сказал он.

Потом из дождя вышел другой гражданин, назвал нас героями, дал пакет апельсинов, пожал руку и зашел обратно.

Отрешенно чистим, едим…

Ах, да. Оседлого читателя, уверен, с самого начала репортажа мучает вопрос: на какие деньги сумасбродство? Гостиницы. Еда.

И вот тут-то и раскрывается душа русская, настоящая, для жителей мегаполисов - подзабытая. Тут «зарыта» причина неуязвимости путников.

Когда-то фотокор «КП» Витя Гусейнов, с которым мы мучились в электричках, подметил: «Люди любят чужие страдания». И я снова убедился - обожают!

ИСТИНА ТРЕТЬЯ: ЛЮДИ ДОБРЫЕ!

Вот тут и поверишь, что соцсети когда-нибудь заменят государство. Сети уже правят смыслами, идеями, эмпатией, торговлей, и лет через сто эта высшая форма демократии наконец-то доберется до госуправления…

Еще в 2016-м, когда мы катились из Москвы во Владивосток «на собаках» (электричках), за нами уже виртуально следовала армия читателей «КП», которая мечтала так же романтически сойти с ума. Нас встречали на вокзалах, приносили еду в гигантских баулах, набитых грелками (чтобы суп не остыл), парили в банях. Нам искренно желали удачи тысячи людей, выручавшие нас по дороге, когда казалось, мы замерзнем где-нибудь под Читой или околеем на границе с Бурятией…

Но Павлу и Тамаре повезло больше, они ввязались в более тяжелое испытание. Не катятся на попутках, не греются в поездах. За четыре месяца пути они «настрадали» 200 000 подписчиков, а это и допинг, и капитал.

Пересекая пешком страну, они успели стать знаменитыми, им желают добра и делают с ними селфи. Как когда-то с нашими отважными журналистами.

Фото: Владимир ВОРСОБИН. Перейти в Фотобанк КП

Теперь экспедиция на круглосуточном полном народном обеспечении. Каждые полчаса около нас останавливаются люди и предлагают помощь - ночлег, ужин. За несколько недель Павел и Тома не потратили ни копейки. В каждом населенном пункте находится отель, который селит путешественников бесплатно (рассчитывая, разумеется, на упоминание во всесильных соцсетях).

Первый месяц их в интернете хейтили, не верили, что долго продержатся. Потом скептики умолкли. Кто-то даже пытался поход повторить - не выдерживал и трех дней. И вот наступило блаженное время - уже несколько месяцев Павел и Тома купаются в иллюзиях… Они не обнаружили в стране ни одного плохого человека. Они согреты широтой русской души. «Какая же Россия - добрая!» - удивляются они.

- Почему в иллюзиях? - грустно спросил Паша.

- Потому что ты видишь особенных людей, - объясняю. - Вон, смотри - бежит к тебе очередной мужичок, дальнобойщик - сейчас и он будет благодарить. Такие нас, чудных, любят. Понимают: дойти до Владивостока - как победить себя. Взять вершину. Они восхищены вашим упорством. Но остальные - их абсолютное большинство - незаметно для вас (хотя тоже по-доброму) крутят пальцем у виска. Мол, все-таки чудики. Мол, зачем?

- И пусть крутят. Они не понимают нашу цель, - хмурится Павел и мстительно взвинчивает темп.

30 километров.

Ноги получили обещанную Павлом автономию. Не чувствую я их. У них от меня независимость.

До Малиновки еще 10 кэмэ.

Последний 10-минутный привал. Чтобы не задерживать ребят, решаю штурмовать Малиновку (будь она проклята) один. И на прощание спрашиваю: какая все-таки цель?

ИСТИНА ЧЕТВЕРТАЯ: ВАЖНА НЕ ЦЕЛЬ, А МГНОВЕНИЕ

Старое доброе дорожное мессианство. Сам таким был.

Путешественникам однажды написала… подумывающая умереть бабушка. Так она прониклась походом, что пообещала не торопиться на тот свет, пока продолжается экспедиция. И супруги сейчас искренно спасают эту бабушку.

Они надеются, что из-за них кто-то решительно изменит жизнь. Начнет заниматься спортом, бросит курить, решится на переезд, женитьбу, рождение ребенка, смену работы, сделает что-то решительное - как Павел и Тома. Установит себе красивую цель и добьется ее.

Но с другой стороны.

«Смысл - вовсе не в цели. Просто надо ощущать жизнь каждую минуту. Получать удовольствие, не откладывая на потом. Быть счастливым сейчас. Так идти легче, - вздохнула Тома. - И дойдешь быстрее. Я это поняла».

Когда два философа-проповедника скрылись за поворотом, я сказал себе: «Ладно, будь по-вашему». Выбросил все лишнее из жизни, а заодно из рюкзака. Включил дзен, чтобы получать удовольствие от лютого холода и окружавших меня берез и берез. Собрал в кулак все свое саркастическое счастье. И пошел на штурм Малиновки - на свой маленький Владивосток…

Фото: t.me/family_walk_rf

* * *

Четыре часа спустя. Поздний вечер. К деревне приближалось что-то неопределенное.

Ильф и Петров описали бы это так: «Он шел, склонившись набок, чуть волоча левую ногу».

Я волочил обе.

И теперь слежу за этими железными оптимистами, шагающими по Сибири. Не очень представляя, как эти начинающие герои собираются зимой идти по Забайкалью в минус 40.

Как?!

И все-таки... зачем?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Паломничество или побег?

Дмитрий Деулин, кандидат психологических наук, декан факультета «Экстремальная психология» МГППУ.

- Мотивы могут быть очень разными. Если человек в таком походе осознанно идет на риск для жизни и здоровья, надолго попадает в экстремальные условия, за этим часто стоит глубокая внутренняя боль. Например, сильное разочарование, душевные страдания, которые он пытается «перешагать» или заглушить усталостью ног. Еще вариант - поиск новых ощущений, когда обычная жизнь кажется пресной. Иногда это способ справиться с возрастным кризисом. Человеку, скажем, под сорок, и он чувствует, что зашел в тупик, что его давят обстоятельства. И тогда решение идти через всю страну пешком - не просто авантюра, а попытка изменить свой жизненный сценарий, разрешить свои внутренние противоречия.

Почему это вообще возникает? Современный город - бесконечная усталость, дни похожи один на другой. Вот и тянет человека к чему-то первобытному, настоящему. Ему хочется свободы, ветра в лицо. Он хочет вылезти из «кокона комфорта», потому что тот стал душным.

Возможно, мотивы такого поведения можно объяснить простым желанием заработать денег. Такой стартап позволяет эксплуатировать соцсети, получать удовольствие и одновременно подзаработать.

Но есть и чистая физиология - дофамин. Повседневная жизнь дома перестает давать удовольствие (психологи называют это «утратой чувствительности»), и человеку нужна встряска, новый источник эмоций. Некоторые ученые даже говорят о «гене странствий» - будто есть особая программа, которая с рождения толкает человека вести кочевой образ жизни. Это многое объясняет в истории целых народов, которые когда-то были кочевниками. Тысячи лет назад наши предки именно такими «паломничествами» по материкам осваивали и присваивали себе новые территории, учились выживать в самых диких условиях.

ВОПРОСЫ - РЕБРОМ

Что в рюкзаках и когда финиш

Путешественники эволюционируют. Все легче рюкзаки. Там остались только самые необходимые вещи XXI века - пауэрбанки, аптечка, дождевики, сменная одежда. Они поняли, что все остальное - лишнюю обувь, зимние вещи - по мере необходимости можно пересылать почтой.

И чем дальше - тем меньше нужно денег. Из-за растущего желания подписчиков спасти экспедицию. Если в первые дни путешествия они на еду и комнату в гостинице тратили 6 - 7 тысяч рублей в день, то добравшись до Удмуртии, удивились: большинство гостиниц пускали их бесплатно. В Свердловской области лишь один отель взял 1500 рублей, а потом тысячу километров - «все включено».

С питанием - та же история.

В итоге за 100 дней вышло 511 часов ходьбы (3 миллиона 948 тысяч 762 шагов).

Путники потратили 109 тысяч рублей на еду и 94 тысячи 504 рубля на ночлег. Всего 206 тысяч 686 рублей.

Впереди две трети пути - 6500 километров. Примерное время прибытия во Владивосток - в лучшем случае апрель 2027 года (еще 10 месяцев Большой прогулки а-ля Форрест Гамп). Мой прогноз - они остановятся на зимовку где-нибудь в Иркутске. И будут штурмовать безлюдное, опасное Забайкалье следующей весной. Тогда во Владивосток они придут осенью следующего года. Это самый безопасный вариант, который я им посоветовал.

Думаете, невозможно? Я тоже так думаю. Но эти дойдут.

Когда-нибудь. Есть в них что-то невероятное…