
В Южной Австралии развелось слишком много коал. Ученые говорят: скоро коалы съедят все в округе, уничтожат леса и сами погибнут от голода. Отстреливать не вариант, у кого поднимется рука? И исследователи, как им кажется, нашли выход. Статья опубликована в журнале Ecology and Evolution.
Когда-то давным-давно Австралия была единым континентом с Антарктидой. И там было тепло.
Примерно 125 миллионов лет назад в Северной Америке появились сумчатые. Они двинулись в Южную Америку, оттуда в Антарктиду (сухопутный мост тогда был), и так оказались в местах, которые мы сегодня называем Австралией. Весь путь занял у них прилично времени, но уже 50 миллионов лет назад сумчатые – там, где положено.
Но Антарктида быстро показала свое истинное, ледовитое, лицо: примерно 34 миллиона лет назад погода там начала стремительно портиться. На счастье в то же время Австралия отделилась от Антарктиды и стала дрейфовать на север, к теплу (мы ведь в Южной полушарии!) Так сумчатые оказались отрезаны от внешнего мира.
На своей прародине они не выдержали конкуренции с плацентарными животными (то есть с теми, которые окружают нас сегодня) и вымерли. В Австралии сохранились и размножились. Появились сумчатые-хищники. Сумчатые-травоядные. Сумчатые заняли все возможные экологические ниши. Легко вообразить, что Австралия – отдельная планета, и на ней - некая особая форма жизни, альтернативная земной.
Среди сумчатых были зверьки наподобие вомбатов (наверное, видели в зоопарке), ныне вымершие. Около 35 миллионов лет назад от них отделилась ветвь, которая освоила эвкалиптовые деревья. Это и есть коалы.
Вот такая предыстория у этих зверьков, древних, как сама Земля.
Пока Австралию населяли аборигены, все у коал было хорошо. Аборигены охотились на коал, но очень аккуратно. Охота была обставлена многочисленными ритуалами и табу. Когда аборигены испытывали голод (да, они ели коал), они брали длинные шесты с петлей, снимали зверьков с деревьев и дубасили несчастных каменными топорами.
Ужасная картина, однако, даже в разгар голода нельзя было просто вот так взять, и пойти придушить коалу. Хотя аборигены не умели писать, у них был устный свод правил, включавший в себя абсолютно все, от идей о происхождении Земли до законов охоты. Этот свод называется «Время сновидений» (впрочем, так же называется и эпоха, в которой мы живем, так что там все сложно). Когда-то Земля была пустой, но духи вышли из моря, создали горы и населили свое творение разными существами, в том числе коалами. Заодно духи сказали, когда можно охотиться на тех же коал, а когда нельзя. Собственно, коалы жили-поживали именно благодаря тому, что аборигены верили в свои мифы и боялись нарушить табу.
Европейские колонизаторы ничего не боялись, и в XIX веке обрушились на коал всей яростью своего железа и пороха. Их интересовал в основном мех, которому не страшна вода. Мех экспортировали с США и Европу, где из него шили перчатки. До 1927 года, когда лавочку прикрыли, не имущие срама колонизаторы убили около 8 миллионов коал.
Этому способствовало то, что коалы медлительны и доверчивы к людям. Их не надо ловить.
В августе 1927 года произошло то, что сегодня называют «черный август». Правительство объявило «капиталистическое соревнование», кто больше добудет меха, и народ сорвался с катушек. Правительство при этом руководствовалось вроде как благими целями. Из-за засухи фермеры остались без прибытка, и власти сказали: принесите мех, мы заплатим вам больше обычного. Только за этот месяц уничтожено почти миллион животных. Все это сопровождалось столь омерзительными сценами, что общественность сказала: ну, хватит. Охоту запретили, и принялись восстанавливать то, во что с таким упоением стреляли всего месяц назад. Делу помог будущий президент США (тогда министр торговли) Герберт Гувер. Проникшись жалостью к коалам, он просто запретил ввоз их меха в США.
Несмотря на все усилия, коалы по-прежнему считаются животными редкими, а в некоторых штатах Австралии и вовсе находятся на грани вымирания. Трудно восстановить то, что так усердно уничтожали.
Сохранению коал не способствует и климат, который меняется на глазах. Вы наверняка читали в новостях про чудовищные лесные пожары в Австралии. Огонь уничтожает лес, а коалы питаются листьями. После череды пожаров 2019-2020 годов коалы кое-где приобрели статус исчезающего вида.
Но все это не относится к небольшому участку в Южной Австралии, в районе гор Маунт-Лофти. Там по счастью ничего не горит, у коал нет естественных врагов, и они невероятно размножились.
Доктор Фредерик Салтре, научный сотрудник Австралийского музея и старший преподаватель экологии и биогеографии в Сиднейском технологическом университете с коллегами из университета Флиндерса и университета Вуллонгонга решили проверить, насколько именно. Они задействовали так называемую гражданскую науку, то есть попросту снабдили местных инструкциями, как наблюдать коал, собрали их показания и заложили в компьютерную модель.
Оказалось, что только в горах Маунт-Лофти живет 10% всех австралийских коал, что, с учетом крошечной территории, прям мегаполис (зверополис) какой-то. А модель показала, что за следующие 25 лет их число вырастет еще на 25%.
И это здорово, но та же модель говорит, что коалы съедят все леса, и начнут гибнуть от голода. Коала за день поглощает около килограмма листьев эвкалипта, причем животные чрезвычайно привередливы, и потребляют далеко не все виды эвкалипта, так что угодить в экологическую ловушку ему легче легкого.
Животных опять надо спасать, но теперь от них самих.
Конечно, о том, чтобы стрелять, и речи нет. Во-первых, «черный август» для австралийца – до сих пор жуткое сочетание слов, и повторять этого никто не хочет. Да и не дадут: если сто лет назад аборигены были загнанным классом, то сегодня они являются полноправными гражданами, не забывшими, однако, «Время сновидений» с прописанными там табу. Они просто не позволят этого.
- Мы столкнулись со сложной дилеммой в вопросах сохранения вида, поскольку традиционные методы регулирования численности популяции, такие как отстрел или переселение, либо вызывают этические опасения у общественности, либо неприемлемы для такого знакового животного, обитающего в данной местности, - говорит соавтор исследования, доктор Катарина Петерс.
Как же быть? И ученые надумали ограничить рождаемость. Возможно, они изобрели некие методы контрацепции для коал? Нет, судя по статье, все проще. Они собираются стерилизовать самок. Видимо, снимать с деревьев, делать операцию и выпускать в дикую природу. Они подсчитали: достаточно стерилизовать около 20% самок ежегодно, чтобы избежать коллапса. Программа стоит примерно 30 миллионов долларов, растянутых на 25 лет. Вроде даже недорого.
Лучшее ли это решение? Что скажет общественность?
- Новизна заключается в проактивном подходе: вместо того, чтобы тратить деньги на план сохранения природы, не зная, будет ли он успешным, мы используем компьютерное моделирование, чтобы заранее определить, какие стратегии с наибольшей вероятностью окажутся эффективными, оптимизируя как затраты, так и инвестиции налогоплательщиков, - несколько туманно защищает свой план Фредерик Салтре.
Он говорит, что лучшего решения вроде как нет: гормональные импланты дороги и ненадежны, переселение – лишь временное (и не безопасное, об этом ниже) решение, а стерилизация самцов неэффективна из-за полигамии. Вы оставите одного, и он просто по очереди оплодотворит всех самок.
Общественность поначалу восприняла идею настороженно (тут не каждый кота будет стерилизовать из гуманных соображений), но, похоже, постепенно свыклась с мыслью. Главным аргументом стало то, что переселять животных – так себе метод. Кажется, если где-то коалы исчезают, отправьте «лишних» животных туда. На деле коалы хрупки, и легко гибнут при транспортировке. Так себе гуманность. Некоторые общественные организации даже давят на правительство, давайте уже денег и начинайте.
Так что, скорее всего, программе быть. Что скажут сами коалы? А их, как и в прежнее время, не особо спрашивают.
На острове Косумель (Мексика) неожиданно поймали карликовую лису, которую считали вымершей с 2001 года. Местные сообщили, что около автотрассы бегает странное и явно напуганное животное. Туда помчались экологи, и надо же – она. Косумельская карликовая лиса (Urocyon sp) толком не описана. В незапамятные времена, видимо, с племенами майя, на этот карибский остров попали обычные лисы, измельчали, а в ХХ веке из-за массовой застройки и агрессивного земледелия стали одними из самых редких псовых на Земле. Как удалось выжить именно этому животному, непонятно. Статья опубликована в журнале Neotropical Biology and Conservation.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Кракены, волны-убийцы и остановка Гольфстрима: правда и мифы о мировом океане
Почему кошки любят спать на клавиатуре? Причина вас удивит
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Как будут выглядеть люди, рожденные на Марсе