«Значимая часть средств выводилась за рубеж». Теперь в «Роснано» все по-новому

Маричев: эффект от прежних решений «Роснано» и государство ощущают до сих пор

Владимир ПЕРЕКРЕСТ

Эффект от прежних решений «Роснано» и государство ощущают до сих пор. Фото: Sergey Petrov/news.ru/Global Look Press

«Отречемся от старого мира, отряхнем его прах с наших ног» - вот основной лейтмотив опубликованного на днях в «Коммерсанте» программного интервью управляющего директора «Роснано» по корпоративной защите Михаила Маричева.

«Мы вошли в компанию в момент, когда двигаться вперед стало невозможным без разбора прошлого, - говорит топ-менеджер. - Если этого не сделать, любая новая повестка будет просто красивой упаковкой поверх старых проблем».

Смысл послания ясен: для того, чтобы в компанию с такой тяжелой наследственностью пошли заказы и инвестиции, в том числе, государственные, прежде всего, нужно вернуть себе доверие.

Свою задачу Маричев сразу оговаривает: битья предшественников не будет. «У нас другая задача: разбирать последствия прежних решений, эффект которых компания и государство ощущают до сих пор», - говорит он.

По его словам, «значительная часть проблем — это не обязательно злой умысел, а ошибочные управленческие допущения. Но если подтверждался злой умысел, тогда уголовно-правовой сценарий становился неизбежным».

Маричев констатирует: «значимая часть средств выводилась за рубеж». Это не новость. А вот далее интересно: «Результатом некоторых таких историй становился отказ от российских научных школ в пользу устаревших западных технологий». Это похоже на заявление о будущей стратегии компании: ставка на отечественную научную школу.

Интересна и другая сторона «вывода активов за рубеж». «Риск и затраты оставались в российском контуре, а значимая часть стоимости, интеллектуального капитала и прав на актив оказывалась во внешнем периметре», говорит Маричев. По сути, топ-менеджер практически напрямую говорит, что «Роснано» стала объектом успешного промышленного (это как минимум) шпионажа, со стороны иностранных участников. И далее очень похоже на намек на умышленность таких действий: «...под видом гибкости ты просто выводишь будущую выгоду вне зоны контроля». Акцент читается: не тебя обманули и увели, а ты сам выводишь.

Обратим внимание, как госкомпания получала финансирование. Методом очковтирательства. Маричев так и говорит: «Была создана система вознаграждения и отчетного контура, которая слишком часто поощряла не устойчивый результат для акционера, а удобную промежуточную картину».

- То есть прежняя модель поощряла не столько результат, сколько его удобную упаковку? - спрашивает журналист.

- В ряде случаев — да, - отвечает Маричев.

Еще одна проблема: реальная экспертиза не работала, а критически важные замечания научного сообщества не оказывали должного влияния на итоговую позицию, независимая критическая экспертиза вытеснялась комфортными заключениями, говорит руководитель.

Чем же сейчас занимается компания? Разумеется, это судебные иски, сбор денег, направленных разным компаниям на финансирования несостоявшихся проектов. «По одному из проектов сумма возмещения убытков составляет 5,6 млрд руб., - говорит Маричев. - Кроме денежных требований, мы добиваемся возврата незаконно выведенных активов и исключительных прав».

Но главная стратегия — реанимировать проекты, в том числе и проблемные, говорит Маричев. По его словам, суммарный эффект этой работы составил свыше 100 млрд руб. Среди таких активов — крупное химическое предприятие в Центральном федеральном округе и производство специальных материалов в Сибирском федеральном округе.

Упор Маричев делает на сильную новую команду, которой в наследство достался не только уголовный шлейф и потемкинские деревни, но и перспективные активы — например, «более 63 тыс. результатов интеллектуальной деятельности, за которыми стоят ученые, инженерные команды и технологические разработки».

«При сильном операционном управлении можно быстро перезапустить закупки, продажи и производственную дисциплину, - говорит Маричев. - За последние годы это позволило сделать «Роснано» одной из немногих госкомпаний с положительной ликвидностью и по итогам 2025 года показать по РСБУ чистую прибыль в 4,96 млрд руб. при рентабельности активов 18%».

Обществу дается сигнал: компания, в чьи задачи входила разработка и внедрение передовых инновационных разработок и которая при прежнем руководстве фактически провалила эту работу, погрязнув в махинациях, теперь очистилась и борется за то, чтобы выглядеть достойно и в правовой плоскости, и в интеллектуальной.