
Фото: REUTERS.
Американские военные в ночь на 9 июля нанесли удары по территории Ирана. Центральное командование США сообщило: поражены десятки военных целей, в том числе системы ПВО, склады ракет и беспилотников, военно-морские объекты и логистическая инфраструктура.
Удары, утверждает американское командование, должны ослабить способность Ирана атаковать суда в Ормузском проливе. Минздрав Исламской Республики отметил: в результате атак за прошедшие двое суток погибли 14 жителей, 78 ранены. Корпус стражей исламской революции объявил, что в ответ на американские удары атаковал военные базы США в Бахрейне и Кувейте.
Напомним, что вчера Дональд Трамп указал: режим прекращения огня с Ираном «завершен». «Я больше не хочу иметь с ними дело», – заявил президент США.
О ситуации на Ближнем Востоке KP.RU рассказал ведущий научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Борис Долгов.
– Ситуация вокруг меморандума о взаимопонимании между США и Ираном не выглядит неожиданной, – говорит Долгов. – Если посмотреть на политику Трампа, то уже давно очевидно: его заявления нередко расходятся с реальными действиями. Причем речь идет не только о самом Трампе, но и обо всей политике его администрации.

Фото: REUTERS.
Этот меморандум был необходим Трампу прежде всего как политический успех – и для внутренней аудитории в США, и для демонстрации лидерства на международной арене. Однако документ изначально оказался структурно слабым.
Он не устранил главные причины конфликта – вопросы контроля над Ормузским проливом, будущего иранской ядерной программы и других принципиальных противоречий. По сути, меморандум лишь создал временную паузу, а не стал основой для прочного мира.
Поэтому нынешние обмены ударами между США и Ираном были вполне прогнозируемы. Сейчас обе стороны будут продолжать заявлять о собственных победах, утверждать, что противник пошел на уступки. Но в реальности складывается ситуация «ни мира, ни войны», которая может сохраняться достаточно долго.
При этом я не считаю вероятным масштабное американское вторжение или попытку уничтожить иранскую государственность. Такой сценарий слишком рискован: Тегеран способен ответить, а кроме того, сохраняется вероятность его внешней поддержки, прежде всего со стороны Китая и других государств.
– Ключевую роль в происходящем играет Израиль, – продолжает эксперт. – Для правительства Биньямина Нетаньяху иранский вопрос остается центральным элементом политики безопасности. Именно поэтому Тель-Авив продолжает оказывать серьезное давление на Белый дом, добиваясь более жестких действий против Тегерана.
Однако для самого Трампа дальнейшая эскалация несет серьезные политические риски. Затяжная война с Ираном способна негативно сказаться на его положении внутри США, поэтому Вашингтону, скорее, нужен не новый крупный конфликт, а возможность представить ситуацию как дипломатическую победу.
Именно поэтому я допускаю, что между США и Ираном уже идут негласные контакты, которые в перспективе могут привести к своеобразному компромиссу. Он, скорее всего, не будет оформлен как полноценное мирное соглашение, а станет результатом закулисных договоренностей, позволяющих обеим сторонам сохранить лицо.
Наиболее опасным элементом остается именно Израиль. Нельзя исключать попыток сорвать возможное американо-иранское сближение. Это могут быть как новые удары по Ливану и силам «Хезболлы», так и более непредсказуемые действия непосредственно против Ирана.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
Правда, здесь многое будет зависеть от позиции Вашингтона, поскольку американское военное присутствие в Израиле позволяет США в определенной степени влиять на решения израильского руководства. Кроме того, нельзя забывать, что осенью израильтян ждут парламентские выборы, которые также будут влиять на поведение кабинета Нетаньяху.
– Отдельный вопрос – отношения США одновременно с Израилем и Турцией. Недовольство Нетаньяху возможной продажей Турции истребителей F-35 отражает более широкую геополитическую проблему, - продолжает политолог. - Сегодня Анкара значительно усилила свое влияние и фактически претендует на роль одной из ведущих региональных, а во многом уже и глобальных держав. Для американцев Турция остается крайне важным союзником, обладающим одной из сильнейших армий в НАТО.
Поэтому Трамп действительно оказался перед непростым выбором. С одной стороны, стратегическое значение Турции для НАТО постоянно возрастает. С другой – Израиль остается для Вашингтона ключевым союзником на Ближнем Востоке.
Я считаю, что в этой ситуации Белый дом будет искать компромиссное решение, которое позволит сохранить отношения с обеими странами. При этом если говорить о приоритетах американской политики, Израиль для Вашингтона по-прежнему остается союзником номер один.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Трамп перепутал Зеленского с Путиным, а Иран — с Японией