Таймырская одиссея. Как я прошел 115 километров до самой северной точки Евразии

Церемония открытия мемориала полярникам на мысе Челюскин.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Мое время дежурства в медвежьем патруле - с 7.00 до 8.30. Все взрослые караулят по полтора часа от отбоя до подъема. Потому что появление «белого ходока» не поддается рассудку. В этих местах он может явиться в любое время. Сегодня последняя ночь перед приходом на мыс Челюскин - конечную точку похода. Обидно уступить медведю перед самым финишем.

Медвежий патруль

Первый медведь появился на второй день похода. Шел своей раздолбайской походочкой, вскидывая лапы, словно стиляга. И пер прямо на лагерь. Не обращая внимания на выстрелы в воздух и световые ракеты, летящие в его сторону. И только светошумовая граната его спугнула. Но через час он снова вернулся и окончательно отступил только после второй гранаты. С нами как раз находится Владимир Мельник - изобретатель нелетального отпугивателя белых хищников и один из лучших специалистов по медведям в России. Но сейчас он спит после дежурства, а на посту я, сигнал охотника, фаер и моя внимательность.

Настоящие белые ходоки выглядят так. И они такие же бесстрашные, как и киношные собратья.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Если медведь появится, то моя задача прежде всего разбудить Володю с основным арсеналом и начать шуметь - медведи этого не любят. Те самые, что могут появиться сегодня с любой стороны - сзади тундра, слева и справа - высокий берег, впереди море со льдинами. «Умка» - зверь, идеально заточенный на выживание. Бегает, плавает, разве что не летает. Зато прыгает метров на пять... С места...

Благодаря ему у меня есть дежурство. А благодаря дежурству - полтора часа побыть наедине с собой и Таймыром. И подумать. Ответить на философские вопросы. Кто мы? Куда идем? И как, черт возьми, я сюда попал?..

Начальник Арктики

На последний вопрос ответить легче всего. Каждый год на Таймыр отправляется Большая арктическая экспедиция московских школьников и студентов колледжей. Ее организатором выступает столичный Департамент образования и науки при поддержке Движения Первых Москвы и «Чистой Арктики». А руководит экспедицией Матвей Шпаро, кавалер ордена Мужества, дважды лауреат Книги рекордов Гиннесса. В 2008 году он сделал невозможное - вместе с напарником Борисом Смолиным дошел на лыжах полярной ночью до Северного полюса. В кромешной тьме. Через полыньи и торосы. Другой бы с тех пор только и занимался самовосхвалением, пиаря каждый чих как великое путешествие (имена таких «героев» вам хорошо известны). Или просто зарабатывал на имени, водя на полюс миллиардеров.

Руководитель экспедиции Матвей Шпаро жарит арктические оладушки и свежепойманную рыбу. Вместо сковородки - раскаленный камень в центре костра.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Но так же как когда-то его отец, тоже замечательный путешественник Дмитрий Шпаро, отказался монетизировать первый в мире успешный поход на полюс на лыжах (это была экспедиция «Комсомольской правды» в 1979-м, что приятно), так и Матвей начал заниматься делом, которое недоступно для понимания тем, кто поклоняется мамоне. С того же удивительного 2008 года он начал водить детей в сложные, но незабываемые походы. Сначала это был полюс. Сейчас - мыс Челюскин. И это не считая менее экзотических мест. Так выполняется удивительная миссия - воспитание настоящих героев. Параллельно идет и воспитание взрослых журналистов, отважившихся поучаствовать в таких походах. И вот чувствую - становлюсь лучшей версией себя. Но, черт побери, как же это нелегко... И где были мои мозги, когда я соглашался на все это.

Эмблема Большой арктической экспедиции 2026

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Полярное лето

Под утро особенно хорошо осознается, что путешествие по Таймыру - это одно сплошное удовольствие. Если, конечно, вы любите помучиться. Я бывал в подобных местах зимой, но шел на лыжах, а всю снарягу тащил на санях. Там килограммов 50 - 60 воспринимались комфортно. Сейчас не более 20 кило. Но на плечах. Ведь идем летом... Ну как летом: от 0 до +10, по морю плавают айсберги. Слава богу, потеплело - в начале путешествия вода была скована ледяным панцирем до края неба. Ну вот такое хре... (ой, тут же дети!) полярное лето.

Берег Карского моря.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Сила есть?

Кстати, о детях. Не знаю, можно ли назвать так нежно троих парней и четырех девчат. Потому что это какие-то железные человеки, которым неведомы усталость и слабости. Прут к горизонту на форсаже. Недаром их отобрали из 10 000 кандидатов - получилась по-настоящему великолепная семерка. А я пытаюсь за ними угнаться, чертыхаясь сквозь слезы. Хвала богам, они иногда останавливаются и начинают собирать растения, лишайники, брать разные пробы. Эта экспедиция не только спортивная, но и по-настоящему научная. Недаром отряд называется «Исследователи Арктики» под управлением кандидата биологических наук Ивана Смирнова. 11 российских научно-исследовательских институтов понадавали заданий ребятам. И это уже не игрушки, это настоящая наука в местах настолько диких, что ближайшая цивилизация находится за пределами Земли. До Международной космической станции около 400 км. До поселка Хатанга - более 600. Потому любой научник в этих местах на вес золота. Как и груз в рюкзаке. Ранее я говорил о 20 кило. Но к вечеру они превращаются в слиток золота метр на метр. Именно в этом тебя хотят убедить плечи и поясница.

Всего группа «Исследователей» преодолела 115 километров по самым диким местам на планете.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

И смех и грех - ночью в палатке не осталось сил даже перевернуться на правый бок. Так и лежал на левом, слушая, как дети хохочут в соседней палатке. Если бы у них были подушки, они бы устроили на них битву. Точно - железные. Хотя я тоже железный. Только совсем ржавый. И знаю, что завтра самым трудным делом будет хватание себя за волосы методом барона Мюнхгаузена и вытаскивание тела из спального мешка. Завтра оно будет похоже на одну из тысячи ржавых бочек мыса Челюскин. И будет так болеть, что мама не горюй! Но есть только один способ привести себя в норму - безжалостно выгнать тело на маршрут, не обращая внимания на нытье.

Самое неслабое звено

Итак, снова о воспитании. Почему надо выбираться в походы и экспедиции и молодежи, и взрослым? Потому что это дает тебе возможность почувствовать себя живым. Тундра - идеальный полигон. Здесь испытания на любой вкус - большие камни, малые камни, кривая земля, болота, термокарсты, ручьи, трясины... И при каждом шаге тундра целует пятки взасос. Невероятная трата энергии, а скорость - всего 2,5 километра в час. Иногда хочется упасть на рюкзак - и будь что будет. Но об этом можно только мечтать. Делать - нельзя. Пока мы не дошли до мыса Челюскин, мы единый организм. И никому нельзя ныть, болеть, хандрить. Станешь одиночкой - хоть обплачься. Пока же ты в группе, будь добр - крепись, не ленись, не будь слабым звеном... Улыбаемся и пашем. Тем более что организм скоро втянется. Человеческое тело способно на чудеса. Спасибо матушке-природе - заложила в основу хороший сопромат.

Вот такая она, тундра - мох, болото, камни, вода.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Вожак собак на местной метеостанции величиной с медведя. Кличут Беляшом.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

На краю света

Кстати, о сопротивлении материала. Наша вторая группа, «Хранители Арктики», уже неделю на мысе Челюскин. Вроде в тепле, при кухне и туалете. Но им не позавидуешь. Они восстанавливают мемориал погибшим полярникам, который через два года сам бы приказал долго жить. Каждый день идут от метеостанции до края земли несколько километров, тащат цемент, месят раствор, возводят памятники, красят. Стройка на самой северной точке Евразии - удовольствие еще более увлекательное, чем хождение по тундрам. И, так же как и нам, им нельзя опоздать. Вертолет улетает послезавтра. К этому моменту все памятники должны быть восстановлены. Притом что два из них пришлось строить с нуля - каменную пыль невозможно отреставрировать...

Восстановленные стелы на мемориале.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Мое дежурство подходит к концу. Медведь не появился. Появился Матвей со спутниковым телефоном. Он звонил «Хранителям».

- Успевают достроить?

- Должны успеть.

- А мы успеваем дойти?

- Должны успеть.

Проблема в том, что из-за погоды мы стартовали на двое суток позже. Поэтому в день проходили до 32 километров. В полярный день. (Я же говорил, что скорость по тундре 2,5 км/ч?) А тот же вертолет, что высаживал нас на старте, с опозданием привез стройматериалы на мыс.

Главное слово в Арктике - «должен». Мы должны успеть завершить эту Таймырскую одиссею. Иначе не было смысла соваться сюда.

P.S. Мы успели.

Взрослые участники экспедиции(слева направо) - Денис Дмитриев, Иван Смирнов, Владимир Мельник.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Руководитель экспедиции кавалер ордена Мужества Матвей Шпаро. Фото Евгений САЗОНОВ.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Путь к горе Аструпа

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Штурм горы Аструпа

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Сеанс связи с большой землей. На фото Ольга Тютина и Александр Киданюк.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Команда "Исследователи Арктики" на вершине горы Аструпа.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Сбор образцов в полях. На фото - Иван Смирнов и Артем Исмагилов.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Полевая кухня экспедиции

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Восстановление монументов погибшим полярникам отрядом "Хранители истории"

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Радуга над мысом Челюскин

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Восстановленный мемориал советским полярникам на мысе Челюскин.

Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП

СПРАВКА

Участники БАЭ-2026

Отряд «Хранители истории»:

Антонова Варвара

Зверева Валерия

Ракушина Анна

Сальникова Алиса

Слюсарева Анна

Таратухина Яна

Фомина Кристина

Отряд «Исследователи Арктики»:

Белайчук Михаил

Геча Анастасия

Горина София

Исмагилов Артём

Киданюк Александр

Тютина Ольга

Фазылзянова Айна

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

"Чувствуешь - надвигается что-то жуткое": Как мы бежали за солнечным затмением на Таймыре