«Мы видим шантаж Зеленского и слышим бряцание оружия со стороны НАТО»: в Белоруссии указали на важность союза с Россией
Кадр совместных стратегических учений Вооруженных сил Республики Беларусь и Российской Федерации
Фото: скриншот видео.
Депутат палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь Вадим Гигин - с политобозревателем «Комсомольской правды» Александром Гамовым.
…- Вадим, привет! Это Гамов, Радио «Комсомольская правда».
— Привет, Александр.
— Вот думаю, случайное это совпадение или не случайное, что рабочий визит Александра Григорьевича к нам в Москву совпал с его днем рождения — 30 августа. Как вы считаете? Вы опытный аналитик. Мне показалось, что не случайно.
— Смотрите, все-таки основная часть визита пришлась на время до дня рождения. А, как известно, заранее обычно не принято поздравлять.
— Ну, да.
Депутат палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь Вадим Гигин
Фото: Юлия ПЫХАЛОВА. Перейти в Фотобанк КП
— Вопросы рабочие, связанные с совместной повесткой Союзного государства, я думаю, все-таки превалировали над такими личными моментами. И то, что они совпали, я думаю, в данном случае это было дополнительным поводом, поскольку, как мы видим, вопросы были важные.
И потом — это не только встреча двух руководителей государств. Перед этим была очень напряженная работа президента Республики Беларусь с правительством, даже в правительстве Российской Федерации. И именно на этом уровне, с Михаилом Владимировичем Мишустиным, были решены некоторые вопросы, которые требовали такого подхода… До этого согласованные или не до конца согласованные — в силу определенных противоречий между сторонами и министерствами, что вполне нормально.
Мы тоже не должны это скрывать, могут быть разные взгляды на решения, допустим, по промышленной кооперации, по нефтегазовому комплексу. И в этой части требуется как раз таки вмешательство президента, премьер-министра.
Но все эти вопросы были решены в ходе работы президента Республики Беларуси в Российском правительстве.
А уже встреча с Владимиром Владимировичем Путиным носила более стратегический характер.
И как раз таки эти переговоры также можно отнести к числу важных и этапных… Таких, как встреча двух президентов накануне начала Специальной военной операции или в ходе других ключевых событий за последние пять лет.
Владимир Путин провел переговоры с Александром Лукашенко в резиденции Ново-Огарево 29 августа. Фото: Кирилл Зыков/POOL/ТАСС
— Понятно. Еще такой вопрос, обычно Александр Григорьевич Владимиру Владимировичу на день рождения картошку дарит. Привозит из Белоруссии — классную такую. Но мы не будем гадать, что мог Путин адресовать Лукашенко, кроме теплых слов в приветственной телеграмме…
— Безусловно, наверное, какие-то подарки были. Мы знаем внимательность Владимира Владимировича.
— А какие были?
— Нет, ну, я имею в виду, что мы знаем подход Владимира Владимировича в таких случаях — это учет каких-то личных пристрастий, увлечений того или иного человека.
— Да, это так.
— Думаю, что и сейчас это имело место. А что конкретно, я не знаю, гадать мне тут сложно.
— Пристрастия какие у Александра Григорьевича?
— Общеизвестно, что наш президент обожает труд на земле, любит все, что связано с деревней, с крестьянской жизнью.
Поэтому вполне может быть что-то из этого ряда, кто его знает?
— Значит, что-нибудь из орудий труда.
— Мне трудно сказать, но это могут быть какие-то новинки российской промышленности…
— Наверняка. Думаю, что мы с вами целый ряд очертили… А самый главный вопрос сегодня — что дает России и Белоруссии, Союзу наших стран тесный контакт двух президентов в такие особые, судьбоносные моменты?
— Это ключевой вопрос. Давайте вспомним историю их отношений. А она начинается уже где-то с 1999-го. Тогда подписание Договора о создании Союзного государства Беларуси и России практически совпало с приходом в большую власть (сначала на уровень председателя правительства, а затем и руководства всей страной) Владимира Путина.
И отношения очень любопытно развивались. Я думаю, со временем будут написаны об этом и книги, и, кто его знает, и сняты фильмы.
— Вполне. Я тоже так думаю.
— Потому что два сильных лидера, два мощных политика, просто два мужика — с характером.
И, безусловно, было время, когда они присматривались друг к другу, оценивали качества друг друга… Шел процесс притирки, что зачастую преувеличивалось оппонентами и противниками нашего союзного строительства. Но — что вполне нормально, иначе и быть не может.
Кроме того, Лукашенко и Путин — это политики, которые умеют интересы государства поставить во главу угла.
— Это точно.
— И за это время было уже столько событий, столько испытаний, что два президента понимают — они могут доверять друг другу.
В самые тяжелые времена были рядом, протягивали руку помощи друг другу. Мы можем вспомнить — за весь этот период — не один такой пример — и в нулевые, и в десятые, и сейчас.
И, конечно, последние эти почти пять лет Специальной военной операции показали высокую степень доверия. Это абсолютно уникальный пример в мировой политике, вообще в политической истории, когда два лидера настолько доверяют друг другу, настолько часто встречаются.
И, действительно, мы видим — для Владимира Путина очень важно в ключевые моменты услышать мнение Александра Лукашенко. И — с учетом его жизненного опыта, и просто — человеческого авторитета, и, безусловно, стратегического значения, которое имеет Республика Беларусь.
Опять-таки у нас есть подтверждения, что это знают и за рубежом, на том же Западе. Недавно Кит Келлог делился тем, что для них важно влияние Александра Григорьевича в России.
— Давайте напомним, кто это.
— Кит Келлог — это в недавнем прошлом специальный представитель США по Украине, который встречался, кстати говоря, и с президентом Беларуси.
Он отметил, что да, американцам важно это влияние Александра Григорьевича, важна Беларусь — как определенный канал донесения информации до России. Это их оценка.
В данном случае нам важно, что они понимают уровень отношений между двумя президентами. И у нас есть дополнительное подтверждение со стороны или противника, или оппонента, скажем так, в этом ключе. Поэтому для нашего союзного строительства такой уровень доверия, взаимоотношений — это серьезный стратегический ресурс уже в данном случае. Именно — стратегический ресурс, который позволяет многие вопросы решать быстрее, продвигать нашу интеграцию. И то, что она достигла такого уровня, это, конечно же, заслуга двух президентов и их уровня общения.
Но и, между прочим, модель, почти идеальная, для взаимоотношений с Россией, с крупным, великим государством со стороны многих соседей.
Мы видим, порой пытаются изобрести какие-то экзотические формы этих взаимоотношений. Зачем, если есть белорусский пример?
Понятно, что у каждой страны имеется своя специфика, и есть личностные особенности у того или иного лидера… Но стремиться воссоздать что-то подобное Союзу…
— А у нас же и есть Союз.
— Да, конечно. Подобный подход — в интересах любого государства.
Не только Россия выигрывает от такой интеграции, но и Беларусь получает очень многое.
Мы сохраняем независимость, суверенитет и при этом сохраняем настолько близкие и тесные, доверительные отношения с Российской Федерацией… Мне кажется, что эта модель достойна подражания для других стран.
— Абсолютно с вами согласен, Вадим. Я был в Минске, когда на заседании Высшего совета Союзного государства, Союза России и Белоруссии, из уст Владимира Путина и Александра Лукашенко прозвучали слова о том, что «Орешник» в течение года будет и в Белоруссии. Это решение быстро, в течение нескольких месяцев реализовалось. Вы, как крупный аналитик, как вы считаете, это усилило Россию, Белоруссию или — наш Союз?
— Вы знаете, Александр, любопытно наблюдать, как странные западные аналитики пытаются сказать там, что Россия продавила и Россия заставила. Да это же в наших интересах. Мне, например, пришлось разговаривать с президентом через некоторое время после принятия решения о размещении ядерного оружия у нас. (Речь о президенте Лукашенко. — А.Г.)
— Так это что, было интервью или просто встреча?
— Нет, это был личный разговор после одного совещания. Президент как раз сказал тогда, что ты же понимаешь, что… (Там была небольшая группа людей) И президент подчеркнул, что вы же понимаете, что это я попросил Путина в этой ситуации, чтобы было размещено ядерное оружие. И для нас это было важно. (Речь о размещении «Орешника». — А.Г.)
— Почему?
— Потому что Беларусь получила сейчас такие гарантии безопасности, которых не имеет ни одно государство в нашем регионе, сравнимое по территории и по площади, в самом деле.
И когда мы видим шантаж Зеленского, когда мы слышим бряцание оружия со стороны стран НАТО…
Что придает нам уверенности? Именно — то, что у нас есть российское тактическое ядерное оружие и наши боевые экипажи, обученные по его применению… То, что у нас есть «Орешник».
Насколько я понимаю, скорость его подлета, например, к тому же Киеву составляет с площадок Беларуси меньше одной минуты. То, что у нас есть «Искандеры», то что у нас есть С-400. Это все придает дополнительные гарантии безопасности…
Но это важно и для России, безусловно. Потому что белорусское направление, белорусский балкон — это стратегическое направление. И чем более безопасной будет Беларусь, тем более безопасны и Московское, и Северо-Западное направление, и Калининград.
Мы же видим, сколько сейчас угроз звучит в адрес Калининградской области. Фактически опубликован план — в том же издании «Бильд», и не только там, — план войны, который разработали в НАТО на 2030 год. Главная его часть — это удар по Калининградской области, по Балтийскому морю. Поэтому, чем более будет безопасна Беларусь, тем больше безопасности и для Российской Федерации.
— И для нашего Союза в целом.
— Конечно, да. И — для нашего Союза.
* *
— Вадим, может быть, завершающий вопрос — ваши прогнозы, как дальше будет развиваться, когда у нас будет 9 мая?
— Александр, по крайней мере, я разговаривал с белорусскими военными, в пятницу мы говорили с руководителями наших СМИ. Я вижу, что у нас нет ни у кого сомнений в Победе Российской Федерации. Это очень важно.
В ближайшее время мы переживем то, что называется «пик эскалации». Он будет чреват определенными вызовами и угрозами для России, но станет абсолютно катастрофичным для Украины.
Мы находимся накануне, в самом начале крупного решающего — генерального сражения Специальной военной операции за Донбасс. И я полагаю, что уже в следующем году, спустя несколько месяцев, скорее всего, во второй половине года можно будет говорить о вступлении в финальную фазу Специальной военной операции. И тогда приблизится это 9 мая.
— Вторая половина года — вы имеете в виду следующего?
— Да, 2027-го, конечно.
— Удачи нам всем!
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ