Леонид Каневский раскрыл секрет, почему не состоялся роман Знаменского и Зины в «Знатоках»
Леонид Каневский в 87 лет полон сил и снимается в комедии «Следствие ведут»
Фото: Иван МАКЕЕВ. Перейти в Фотобанк КП
Леониду Каневскому можно только позавидовать: в 87 лет блестящий актер, прославившийся на весь СССР ролью майора Александра Томина в сериале «Следствие ведут знатоки», полон энергии. Сейчас снимается в комедии, которая называется «Следствие ведут». И никто его не забывает: «Знатоков» и в 2026 году бесконечно повторяют по телевидению, а программа «Следствие вели» (которая насчитывает уже более 700 выпусков!) - один из главных хитов канала НТВ. Причем, как ни удивительно, ее активно смотрит молодежь, те самые зумеры; для них Каневский - как родной.
Вот несколько фрагментов из его книги воспоминаний «Совсем другая история», вышедшей в издательстве «Бомбора».
О первой роли
Когда мне было 11 лет, мы дружили с пареньком по имени Валера Литвинов. Гуляем как-то мы с ним мимо киевского клуба работников МГБ — Министерства госбезопасности. Он говорит: «В этом клубе — драмкружок, в который я хожу. Хочешь посмотреть?» — «Ну, давай». Увиденным я был совершенно очарован. (...) Я начал ходить в этот театральный кружок, а потом, уже в старших классах, перешёл в драмкружок при Доме работников искусств. Одна из первых моих ролей — чернокожий мальчик в спектакле «Белый ангел». Спасаясь от толпы расистов, мальчик хочет спрятаться в доме своих белых хозяев, но их дочка, которую он знал с раннего детства и даже однажды спас от ядовитой змеи, собирается выдать его преследователям. Смелому мальчику удается спастись, и, убегая, он кричит ей: «Ну, ты, белый ангел! Когда-нибудь тебя и таких, как ты, будут судить. Но не судом Линча, а справедливым судом. Как в Советском Союзе!» — я по сей день помню текст.
О розыгрышах
Отдельной радостью [в театре «Ленком», где Леонид Семенович стал играть после Щукинского училища] были капустники. Эта традиция родилась еще в дореволюционной театральной среде как способ расслабиться, проявить свои таланты за рамками официального репертуара. Шутки, пародии, сценки были полны юмора «для своих», в них можно было посмеяться над коллегами или даже над руководством театра, над традициями или внутренними конфликтами, оттянуться, как сказали бы сегодня. Почему такие вечера назывались капустниками? Есть разные мнения. Одна версия — что название выросло из традиции проводить такие творческие посиделки во время Великого поста, когда капуста была одним из главных блюд на столе. Вторая теория — что название родилось от платных артистических вечеров во МХАТе, когда со зрителей собирали деньги — «капусту», говоря жаргонным языком — в пользу нуждающихся артистов театра. (...)
Шуткам и розыгрышам находилось место не только в капустниках. Помню, в Ленкоме шел детский спектакль о войне, где действовали, естественно, злые фашисты и героические партизаны. Мы с Шурой Ширвиндтом играли немецких офицеров. Сцена в штабе, идет допрос партизана: я в немецкой форме вальяжно сижу за столом, рядом Ширвиндт, тоже, разумеется, в немецкой форме. Вдруг из-за задника раздается шепот: «Немцы, внимание! Среди вас евреи!» — это был, конечно, Миша Державин. Мы доиграли с трудом, еле сдерживая хохот.
О жене
Мы познакомились в 1967-м. Брат Шурка сказал, что у Фимы Березина — Штепселя, которому он писал тексты для юмористических программ, есть чудная дочка: «Сам я женат, но такую девочку выпускать из семьи нельзя. Ты должен с ней познакомиться». Пригласил ее в Киеве на мой день рождения. Мы подружились, начали общаться: я бывал в городе наездами, Аня иногда приезжала в Москву. Это тянулось восемь лет, и, когда она очередной раз приехала в столицу, я сказал: «Слушай, что мы вот так шастаем, шастаем? Пошли в ЗАГС, давай поженимся». Она сказала: «Давай». В ЗАГСе нас по блату поставили на ближайшую очередь. Вернулись в гостиницу «Россия» к брату Грише, который тогда приехал с Аней в Москву. Сказали: «Мы подали заявление». В это время по гостиничному радио неожиданно заиграл «Свадебный марш» Мендельсона — уникальное совпадение. Благословения ни у кого не спрашивали: вернувшись в Киев, Аня поставила семью перед фактом — мы решили пожениться. Своим родителям я тоже сообщил об этом как о деле решенном.
(Вспоминает жена, Анна Каневская):
Первое впечатление от Лени — его бешеный темперамент. [Его брат] Шурик был огонь, а этот — огонь в квадрате. Я с детства привыкла, что у нас за столом руководит папа, но Леня был еще более огневым. Папа всегда за столом был главным — и по тостам, и по общему командованию застольем, но делал это гораздо спокойнее. Леня же просто забивал всех. Мне казалось, что я устаю от этого бешеного темперамента: позвонили тому, позвали этого, поехали сюда, поехали туда — сумасшедший дом.
(...) Нельзя сказать, что я его держала на коротком поводке, да и он меня не держал. Ну да, поцеловались пару раз, но дальше у нас шли совершенно параллельные жизни. Как-то я приехала с родителями в Москву на Новый год, и мы пошли в ЦДРИ — Центральный дом работников искусств. Ленька пришел со своей девушкой, мы познакомились — «привет-привет». Объявляют конкурс танцев, я ему говорю: «Давай спляшем!» Наша пара получила первое место. Не знаю, как отреагировала девушка, с которой он пришёл, — мне это было неинтересно. Я уехала домой. Через какое-то время Леня звонит: «Мы приезжаем на гастроли в Киев, на целый месяц». Честно говоря, я испугалась и… уехала из города — с папой, у него тоже были гастроли. Леня до сих пор не знает, что я уехала, потому что боялась. Боялась, что наша связь окрепнет, что надо будет принимать какие-то решения.
Шел 1975 год. Я приехала в Москву с братом Гришкой, привезла его на каникулы.(...) Начинаю обзванивать знакомых, думаю, с кем пообщаться, провести время, — и никого не могу поймать. Набрала Каневского, он говорит: «О, привет. Пойдем раков есть в ВТО?» Я говорю: «Пойдем». Поели раков, а на выходе из ресторана Леня вдруг говорит: «Слушай, ну что мы ходим туда-сюда? Какие-то странные отношения — то ли роман, то ли не роман, я не понимаю. Давай отнесём документы в ЗАГС». Вот такое было признание в любви.
О «Бриллиантовой руке»
Для той знаменитой сцены мне сшили костюм, но на примерке стало ясно, что он совершенно не годится. Спрашиваю Гайдая: «Леонид Иович, что будем делать?» — «Ну, прикиньте что-нибудь другое». Иду к костюмерам, ищем, примеряем. Майки, рубашки - всё перепробовали, всё не то. Выхожу к Гайдаю голый по пояс: «Не знаю, что делать». А он мне: «Стоп-стоп, а вот этот костюмчик кто тебе справил?» Говорю: «Этот?» — и показываю на свою волосатую грудь. — «Да». — «Я сам себе справил». — «Вот в нем и будешь сниматься». Так я и снялся, во всей своей красе.
О «Знатоках»
Получив предложение роли майора Томина, я поначалу, честно говоря, обалдел: после всех моих гангстеров и контрабандистов — вдруг такой положительный герой. Но образ ведь не был идеальным, «прилизанным». Наверное, поэтому подумали именно обо мне: чтобы была разница с рассудительным, спокойным Знаменским. Многие критики и рецензенты говорили потом, что в Томине бил фонтан эмоций. Фактически я играл сам себя, хотя, признаюсь, многие характерные жесты моего героя взяты у настоящих сотрудников милиции. Однажды консультанты разрешили нам присутствовать на серьезном обыске. Я сидел в углу, смотрел, как работают оперативники. Один из них ходил по квартире, осматривался. Вдруг в какой-то момент говорит: «А вот здесь мы не искали», — и щелкнул пальцем. Я сказал себе: «Оп-па, годится!» —и «присвоил» этот жест для майора Томина. Потом дети встречали меня на улицах Москвы и так же щелкали. (...)
Поначалу, когда я появился на съемках с бакенбардами, [режиссер] Слава Бровкин сказал: «Слушай, неудобно, давай сбреем». Но я уперся: «Нет, хочу баки!» Главным консультантом сериала был заместитель министра внутренних дел Борис Алексеевич Викторов — оставить бакенбарды разрешил мне лично он. Кстати, потом многие в милиции переняли эту моду. (...)
В какой-то момент сценаристы решили, что какая-то личная жизнь героям просто необходима, иначе неправдоподобно. Так Пал Палыч начал осторожно ухаживать за Зиной. Что тут началось! В телевизионную редакцию хлынул поток писем от зрительниц: если Знаменский женится, они перестанут смотреть сериал. В результате Пал Палыч остался свободен, хотя, честно говоря, сработал другой фактор: милицейские консультанты категорически возражали против служебного романа своих высокоморальных сотрудников.
Фоторепортаж со съемок фильма «Следствие ведут» и ответы Леонида Каневского на вопросы журналистов - здесь.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ