Речь Владимира Путина на форуме «Валдай»: полная стенограмма выступления президента России

Владимир Путин. Фото: Кристина Кормилицына/ТАСС.

Владимир Путин выступает на пленарной сессии XХIII ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай». Тема заседания в этом году – «Ответственность за будущее: пределы возможного или возможности без предела?».

Ф.Лукьянов (модератор дискуссии ): Дорогие друзья! Уважаемые гости!

Рад приветствовать вас на пленарном заседании XХIII ежегодного форума международного дискуссионного клуба «Валдай». Я рад пригласить в зал Президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина.

Владимир Владимирович, здравствуйте. Мы очень рады, что снова, как и в предыдущие годы, Вы нашли время и возможность с нами встретиться.

Валдайские заседания, конечно, всегда насыщенные. Но, видимо, в соответствии с тем, что происходит в мире, насыщенность и интенсивность растёт, равно как и настроение такое, все более приподнятое, если так сказать можно, мягко.

В этом году, если попытаться выделить основные понятия того заседания, того форума, который был предшествующие три дня, я бы сказал, что это перемены – понятно, что мы все видим, что перемены происходят буквально во всех сферах человеческой деятельности; это ответственность, потому что чем больше перемен, тем меньше чёткого понимания дальнейшего развития, тем выше ответственность всех перед этим развитием; и третье понятие, может быть, покажется удивительным, и у нас дискуссии тоже были на этот счёт довольно интенсивные, – это понятие спокойствия.

Наш доклад, который мы готовим ежегодно, в этом году называется «Без паники». Мы предлагаем в этих сложных обстоятельствах не делать самого неправильного, то есть не суетиться.

Думаю, что Вам с Вашей позицией виднее, какие международные понятия сейчас самые важные, поэтому я буду рад пригласить вас выступить.

В.Путин: Уважаемые дамы и господа! Коллеги!

По доброй традиции мы собираемся на ежегодном форуме Международного дискуссионного клуба «Валдай», чтобы обсудить наиболее насущные мировые проблемы.

Мы с вами всегда старались не только поставить диагноз состоянию мира, но и наметить контуры формирующегося мироустройства.

Убеждён, что интеллектуальный багаж, опыт прямого и доверительного общения, накопленный клубом, обязательно будет востребован, когда всем нам – Востоку и Западу, Северу и Югу – рано или поздно предстоит договариваться о принципах формирования нового мирового устройства, способного обеспечить прогресс и развитие человечества на следующие десятилетия.

К сожалению, приходится признать, что сегодня перед нами стоят другие задачи, куда более срочные и острые. Хоть ведущий сказал, что надо всех успокоить, но острые проблемы-то никуда не делись, они есть.

Тревожные тенденции, которые мы наблюдаем на международной арене, заставляют, прежде всего, задуматься не о том, как разумнее, эффективнее и справедливее обустроить мировое взаимодействие в предстоящий период – хотя всё это, безусловно, чрезвычайно важно, – а о том надо подумать прежде всего, как сохранить глобальный мир и безопасность прямо сейчас, в условиях, когда многие прежние нормы права отброшены, а новые пока не появляются.

Что нужно сделать, чтобы избежать самых катастрофичных сценариев? Ответственность за наше общее будущее – совсем не абстрактный лозунг. Это набор практических действий, цель которых – не допустить скатывания человечества к грани выживания, избежать непоправимого. Мир подошел к решающему, поворотному моменту развития. И дело далеко не только в политике. Политика, как всегда, производна от глубоких изменений. Перемены происходят во всех областях, от практически любых технологий до социальной структуры общества, от климата до медицины, от военного дела до биоэтики, от вопросов будущего энергетики до демографических изменений, от всеобщей цифровизации и искусственного интеллекта до абсолютно новых моделей экономического развития. Список можно продолжать долго. В совокупности это создает условия для качественной трансформации. Все ее обстоятельства и их последствия мы пока не можем оценить однозначно и в полном объеме. Хотя бы по той причине, что перечисленные изменения разворачиваются одновременно, а их воздействие на общество и государство противоречиво. Но я еще об этом упомяну.

Масштаб перемен уже произошедших и грядущих просто огромен. И мы вроде бы это понимаем. Не случайно сейчас так много споров о будущем, часто с ярко выраженным оттенком тревоги из-за неопределенности и непредсказуемости. Но человечество, хотя и ощущает большие изменения, тем не менее, по-настоящему еще не полностью осознало калибр вызова, с которым оно сталкивается. Это начало совсем новой, абсолютно новой реальности. Угрозы и опасности тесно переплетены с возможностями и перспективами. Они неотделимы при этом друг от друга. Меняется вся наша жизнь. Еще раз подчеркну, речь не только и даже не столько о смещении баланса сил между державами или перераспределении экономического и технологического влияния. Это все, конечно, важно и имеет место быть. Но главное, изменения затрагивают биологическую и морально-нравственную природу человека, его сущность, образ нашего существования, основы мировоззрения. Технологии открывают фантастические, в буквальном смысле этого слова, перспективы для преодоления и повышения качества жизни. Но они же выводят на новый уровень возможностей всеобщего уничтожения, к сожалению, в результате военных конфликтов, быстрой деградации окружающей среды или утраты контроля над запущенными технологическими процессами.

Понятно, что такая атмосфера не может не вызывать повышенную нервозность у людей, у обществ, рост внутренней напряженности, которая связана с неуверенностью, непониманием, каким будет завтрашний день. Одним из следствий становится внутриполитическая лихорадка во многих странах. Тем более, что классические партийные системы все меньше отражают быстро меняющуюся социальную структуру. Для любого государства, как бы оно ни было устроено и на какие бы культурно-исторические традиции ни опиралось, внутренняя стабильность, думаю, вы согласитесь со мной, всегда важнее всего остального. И ради ее сохранения правительства могут предпринимать самые разные действия, в том числе оказывающие влияние на положение дел вовне, в соседних странах, регионах да и в мире в целом. Другими словами, экспортировать, к сожалению, нестабильность. Все это лишь усугубляет, усиливает накаленность, если можно так выразиться, накал международной среды.

Какой бы сценарий ни реализовался в мире в предстоящие годы, продолжение международных конфликтов, к сожалению, весьма вероятно. В частности, и потому, что идущие кардинальные сдвиги и открывающиеся здесь возможности стимулируют, подпитывают амбиции, готовность рисковать ради кажущегося крупного выигрыша. Хотелось бы в этой оценке ошибиться, но устойчивые тенденции сегодняшнего дня, к сожалению, именно таковы. Но мы уверены, что в стратегической перспективе, по мере ухода от западной гегемонии, мировая ситуация будет постепенно меняться к лучшему, в лучшую сторону, к более стабильному демократическому и свободному многополярному международному порядку.

Однако очевидно и то, что на пути к такому мироустройству нас ждут разного рода риски для государств, сообществ, каждого конкретного человека. В условиях кардинальных сдвигов это неизбежно. Поэтому минимизация рисков на любом уровне, от общемирового до личностного, сегодня основная задача. И ответственных лиц, принимающих решения в политике, в бизнесе, науке, вообще в жизни. От этих людей многое зависит. Ответственность заключается и в том, чтобы помочь людям осознать такие риски, быть к ним готовыми. Чтобы человек, семья не остались один на один с проблемами воссоединения. На меняющемся рынке труда, в цифровом пространстве и так далее.

Что сейчас, на мой взгляд, очень важно? Осторожность и осмотрительность, чтобы не попасть под лавину неконтролируемых перемен. Или активный, напористый подход с целью преодолеть неблагоприятные сценарии либо использовать обстоятельства в собственных целях. Однозначного ответа здесь нет. В каждом конкретном случае целесообразна своя линия поведения. Люди, принимающие решения, конечно, стараются адаптироваться к происходящему. Ну, в условиях, как сейчас говорят, поликризиса всеобъемлющего и повсеместного им объективно очень трудно оторваться от каждодневного управленческого аврала и посмотреть вперед поверх него.

Текущая ответственность огромна, а ошибка может стоить очень дорого, в том числе и для будущего. Сегодняшние задачи зачастую оттесняют на второй план стратегические цели. Это, конечно, объяснимо, но очень и чрезвычайно опасно. Ответить на многие текущие вызовы… (ЗВУК ПРОПАЛ) и в полной мере эффективно выполнять регулирующую функцию. Не потому, что они плохие, а потому что изменились условия, в которых и под которые они когда-то создавались. Возникающая новая реальность будет, конечно, способствовать созданию новых инструментов, но это весьма долгий процесс. Скажем откровенно, некоторые международные организации сейчас зачастую не сокращают риски, а порой порождают и провоцируют их, обслуживая интересы одной или группы стран. А ведь они не для этого создавались.

Критика раздается и в адрес такой основополагающей структуры, как Организация Объединенных Наций, которая в соответствии со своим уставом призвана играть роль центрального координирующего механизма в мировых делах. Далеко не всегда эта критика, конечно, объективна, но есть и обоснованные замечания. Отчасти они связаны с тем, что ООН, хотя она и является самой представительной мировой организацией, на деле управляется куда менее коллегиально и демократично, чем было задумано. Непропорционально большое влияние оказывает ограниченная группа стран Запада, которая, будучи явным мировым меньшинством, стремится присвоить себе функции управления. А поскольку реальное влияние этих государств снижается в пользу все более самостоятельного и уверенного в себе мирового большинства, дисбалансы ооновского устройства проступают все более рельефно. Это системная проблема, которую невозможно решить в одночасье. Россия и прежде, и сейчас поддерживает идею справедливой реформы Объединенных Наций, но она невозможна, эта реформа, без внутреннего консенсуса, который сейчас труднодостижим

Повторю, мы последовательно выступаем за то, чтобы структура ООН отражала все многообразие мира, чтобы гораздо более существенную роль в организации играли страны Азии, Африки, Латинской Америки, Ближнего Востока. При этом важно иметь в виду, что трансформация ООН – это отнюдь не только расширение Совета Безопасности и другие меры по более сбалансированному географическому представительству стран в органах международного управления, это и новое наполнение, содержание работы организации, приоритетные направления ее деятельности, включая перспективные. Тем более что мировые изменения создают очень много новых дилемм, которых раньше просто не было.

Наиболее очевидный пример – вопрос об искусственном интеллекте, с которым всем нам еще предстоит учиться жить и работать. Как отразится его стремительное развитие на интеллектуальном уровне самого человечества, на его духовном, культурном наследии? Неслучайно, что обсуждается такое понятие, как бережная цифровизация, то есть отказ от неконтролируемого внедрения подобных технологий в те сферы, которые всегда оставались важными, чувствительными для нравственного развития человека. А социально-гуманитарные аспекты распространения искусственного интеллекта сейчас анализируются даже более пристально и тщательно, чем технические или экономические. Эксперты все чаще с тревогой говорят о том, что распространение искусственного интеллекта может стать очередной попыткой привести всех к общему знаменателю, к обезличиванию теперь через использование кем-то настроенных алгоритмов. Такой цифровой тоталитаризм будет таким же тупиковым, мрачным и антигуманным, как и известные нам примеры тоталитарных обществ прошлого.

И еще один значимый вопрос, он актуален уже сегодня, а в ближайшем будущем станет еще более остро, а именно, как государства, переходящие на все более цифровизованную основу, могут обеспечить суверенитет в этой сфере, то есть гарантировать свою безопасность и самобытность, не отгораживаясь при этом от мирового прогресса и не отставая в технологическом развитии. Другое направление, на котором наука и технологии кардинально меняют мир, - способность человека глубоко вмешиваться в то, что прежде считалось прерогативами Создателя: генетические изменения организма, влияние на формирование личности, программирование человеческого поведения и даже способы мысли. Необходимо объединять усилия стран и сообществ, чтобы совместно искать приемлемые для всех решения этих крайне деликатных, определяющих поистине экзистенциональные вопросы бытия.

Логично было бы вести такую работу в рамках международных организаций, но многие из них, как уже отметил, подвержены чрезмерному влиянию западных стран, заинтересованных не во всеобщем прогрессе, а только в сохранении своей власти. Институты, действенные после Второй мировой войны, не отражают ситуацию во второй четверти уже нынешнего столетия. Возможно ли их эффективно реформировать, чтобы они соответствовали современным реалиям? Вопрос остается открытым. Возникают и новые международные сообщества, порожденные уже современной мировой ситуацией. Они, безусловно, имеют большие перспективы, будь то различные региональные объединения или такие уже общемировые структуры, которым стал БРИКС. Однако надо признать, что всем им предстоит большая работа по определению своего функционала, оптимальных сфер его приложения, пределов собственных возможностей. Ожидать от относительно недавно возникших структур, что они быстро выстроят окружающий мир, оформят его многополярную модель, конечно же, не стоит. Это долгий, тернистый путь со многими неизвестными, но он, без сомнения, приведет к результату.

Значит ли это, что сейчас мы пока обречены на хаос? Нет, выносить такой вердикт, безусловно, преждевременно. Вообще регулируемый посредством четко прописанных норм и регламентирующих институтов мир, если можно так сказать, упорядоченный, изобретение недавнее, прошлого столетия. Все предыдущие века обходились и без этого. Получалось, как мы знаем, мягко говоря, по-разному. Самонадеянность, зависть, жадность всегда имели место в мировой политике. Они и сейчас встречаются. Тем не менее, ответственные державы всегда, так или иначе, конкурировали, но и работали вместе, конструировали, сооружали систему отношений между собой и с другими, менее крупными государствами, и в целом все-таки, как правило, стремились сохранить стабильность. Сейчас на фоне кризиса институтов, деградации международного права на крупные державы ложится огромная ответственность, соизмерная их же огромным возможностям. Такие государства обладают потенциалом для действий, способных разом изменить мировые тенденции к большей предсказуемости и безопасности, или же, наоборот, к углублению и усугублению, обвалу всех проблем. Этот потенциал кратно увеличивается за счет уже упомянутых новых технологий. И очевидно, что оттого, насколько эффективно будет управление рисками на этапе резких изменений, зависит будущее всего мира, а значит, и каждого человека. Отсутствие общепризнанных правил, понимая принципы равной и неделимой безопасности или отмены этого принципа зачастую толкает к эгоистическому поведению, а в некоторых случаях оно превращается и в агрессивные попытки добиться односторонних преимуществ, усугубить неразбериху и воспользоваться ею в своих интересах. Мировая политика приносит пример этого едва ли не каждый день.

Продолжение следует.