2016-08-04T16:22:59+03:00

Дмитрий Мариничев. Какой будет новая Госдума

..

Обсуждаем с членом Генсовета «Деловой России», а также членом федерального совета Партии Роста в эфире программы «Госдума-2016: перезагрузка» на Радио «Комсомольская правда» [аудио]

Дмитрий Мариничев. Какой будет новая Госдума

00:00
00:00

Яковлев:

- В эфире программа «Госдума-2016: перезагрузка». К нам в гости сегодня пришел предприниматель, интернет-омбудсмен, член экспертного совета Агентства Стратегических Инициатив, также член Генсовета «Деловой России», а также член федерального совета Партии Роста Дмитрий Мариничев. Добрый вечер, Дмитрий.

Мариничев:

- Добрый вечер.

Яковлев:

- Вот Партия Роста – это новый проект, хотя вы наследники Правого дела, если не ошибаюсь… Каковы цели? Чего хотите? Пройти 5-процентный барьер и оказаться в Госдуме?

Мариничев:

- Это, конечно, минимальная задача для нас. А вообще в целом, конечно же, хотим, наверное, изменять жизнь вокруг нас с учетом тех тенденций и того видения, того мировоззрения и опыта, которые есть у членов партии. Ну, скажем так, мы, наверное, не рвемся во власть, потому что огромное количество моих коллег по партии вообще не идут ни в Госдуму, никуда, но абсолютно честно поддерживают… вот бывает такое, когда в жизни наступает момент и хочется изменить что-то к лучшему и сделать что-то лучше. И ты понимаешь, что ты можешь это сделать. И когда собирается большое количество людей, возникает новая партия. Пока мы себе видим это именно так.

Карманов:

- Скажите, пожалуйста, с чем связана вот эта довольно, на мой взгляд, странная позиция? С одной стороны, мы хотим изменять страну, хотим изменять мир вокруг нас. А с другой стороны, с кем ни поговоришь из таких пассионарных людей, они говорят – ну, политика это вот ситуация такая сейчас. То есть, нам бы и не хотелось бы, но вот идем.

Мариничев:

- Это тоже правда. На самом деле, действительно, в некотором роде жизнь заставляет и подталкивает к такого рода решениям, потому что все-таки нужно отдавать отчет в том, что в нашей партии большинство людей – это люди из бизнеса, это предприниматели, которые делали свое имя самостоятельно, которые делали дело свое самостоятельно и, конечно же, им психологически достаточно сложно мириться с тем, что обрушивается на них извне, потому что внутри в большинстве своем они поступали бы по-другому, они бы принимали иные решения и они видят смысл жизни в другом. Поэтому, конечно же, многих подталкивает жизнь занимать более проактивную позицию и я не вижу здесь ничего странного.

Яковлев:

- Ну, отдельная история с бизнесом в целом, отдельная история с интернетом, да, поскольку вы интернет-омбудсмен, самая обсуждаемая история последней недели – это так называемый «пакет Яровой», который был принят уходящей Государственной думой. Какое у вас отношение к этому пакету Яровой? Стоит ли его отменять, пересматривать, будет ли он работать в принципе?

Мариничев:

- Давайте начнем с того, что мы говорим о пакете Яровой как о некоем целом комплексе, но в то же время не стоит забывать, что в нем есть и абсолютно здравые мысли, которые помогают обществу бороться с нехорошими проявлениями и террористическими угрозами. То, что касается в части Телекома

Яковлев:

- Вот если бы вы были в Государственной думе, вы бы голосовали за или против?

Мариничев:

- Категорично против.

Яковлев:

- Почему?

Мариничев:

- Во-первых, потому, что закон в том виде, в котором он сейчас принят, никоим образом не позволяет бороться с террористами или противостоять им. По сути своей, он вносит огромное обременение на рынок Телекома, да и не только Телекома, но и интернет-компаний, которые фактически ставят под угрозу факт конкурентоспособности отечественных компаний на мировом рынке. И все эти непрофильные задачи, которые переложены на бизнес, которыми должно заниматься государство, оно не принесет никакой пользы. Плюс, это, конечно же, серьезнейшее вмешательство в частную жизнь наших граждан – нашу с вами. Вот вкратце можно сказать, какие основные проблемы. Но там есть еще и достаточно много технологически неисполнимых элементов этого закона, которые просто ставят под вопрос само существование этого закона. То есть, его либо должны нарушать все, либо исполнять и умереть, а некоторые вещи невозможно исполнить технически в силу просто невозможности. Так же, как нельзя заставить солнце двигаться в другую сторону.

Яковлев:

- Понятно. Вот смотрите, у нас есть «Яблоко» - самая известная на либеральном фланге партия, самая древняя, если можно так сказать. Почему вот именно Партия Роста? Может быть, стоило либералам всем объединиться? И «Парнасу», и «Яблоку», и вам, и Гражданской платформе, и одной колонной пойти в Госдуму?

Мариничев:

- Может быть. Но по факту давайте смотреть правде в глаза. Вот то, что у нас есть объединение, в большинстве своем состоящее из предпринимателей, это уже чудо. Поскольку легко сделать социальную сеть или какое-то объединение, например, бухгалтеров, врачей, людей, связанных какой-то профессией – монтажников, газосварщиков есть объединение – но невозможно сделать достаточно стабильное объединение предпринимателей. Потому что, по сути своей, они в большинстве своем конкурирующие и отталкивающие друг друга. И точно так же с правыми и либеральными партиями происходит. При одних и тех же целях, задачах и возможностях они и сближаются, и отталкиваются.

Яковлев:

- Вот вы представляете Партию Роста, вы с «Яблоком» готовы объединяться в один блок, если бы это было возможно?

Мариничев:

- Я лично да.

Яковлев:

- С Парнасом?

Мариничев:

- Не уверен. Парнас все-таки это люди, мне не очень симпатичные.

Яковлев:

- С Партией Прогресса и Алексеем Навальным?

Мариничев:

- С Навальным, скорее, категоричное нет, чем возможное да.

Карманов:

- А сейчас мы в перерыве обсуждали довольно оживленно интервью Ирины Хакамады, в котором она заявила, что она баллотируется в Госдуму по списку Партии Роста. В частности, она заявила, что присоединение Крыма к России это аннексия, несмотря на референдум. Вот первый вопрос – как вы относитесь к этому заявлению, как член Партии Роста? И второе – как вы относитесь к тому, что Борис Титов, когда его спросили о том, как он расценивает это заявление, он сказал, что у нас партия демократическая, поэтому каждый может свое мнение иметь. Как вот вы относитесь к этому – можно ли иметь собственное мнение, находясь в одной партии с единомышленниками?

Мариничев:

- Сто процентов можно иметь свое мнение. И даже нужно иметь свое мнение. Потому что у каждого человека свое мировоззрение и он, соответственно, принимает решение относительно и своего опыта, и уровня своего знания, и той информации, которой он обладает. И то решение, которое он принимает, оно особенно ценно. Я хотел бы обратить внимание, что вчера, когда разразился этот скандал относительно того интервью, то в СМИ было заявлено, что Ирина Хакамада считает, что Крым не наш. Вот я хочу подчеркнуть, что в интервью нигде этого не следует ни разу. Скорее, с точностью до наоборот – Крым наш – она это констатирует…

Яковлев:

- Дмитрий, еще раз. Это была аннексия – что это может означать еще? Я цитирую Ирину Хакамаду – это была аннексия.

Мариничев:

- Это говорит только о том, что она может усомниться в легитимности, но основная мысль интервью, которое она давала, заключалась в том, что надо наладить отношения между двумя государствами – Россией и Украиной.

Яковлев:

- Вы с этим согласны?

Мариничев:

- Абсолютно.

Яковлев:

- В той части, что это была аннексия или в той части, что нужно налаживать отношения?

Мариничев:

- Что нужно наладить отношения. И для этого нужно найти пути решения…

Яковлев:

- Но она же говорит – можно списать хотя бы все долги…

Мариничев:

- Это одно из решений, которое предлагает человек. Это ее мнение.

Яковлев:

- Вы тоже согласны с этим?

Мариничев:

- Я здесь не совсем согласен. Потому что списать долги – это, наверное, не совсем правильно, потому что это выглядит как откупиться. Это другая история. Но таких путей решения может быть не один, не два и не три, а может быть сколько угодно много… Можно включить газ бесплатно и точно так же…

Яковлев:

- А вы считаете, что долги не стоит списывать Украине, да?

Мариничев:

- Моя позиция, что любой из вариантов, а может быть несколько вариантов, могут быть абсолютно правильные. И не факт, что это списать долги или подарить газ.

Яковлев:

- Нет, подождите, нужно ли списывать долги Украине? Это предлагает Хакамада. Мариничев – да или нет? Согласны?

Мариничев:

- Я не согласен. Мне эта идея не очень нравится, потому что списание долгов не приведет к психологической разрядке.

Яковлев:

- История с Крымом – это была аннексия – считает Хакамада. Вы считаете, что это не является аннексией, правильно?

Мариничев:

- Я убежден абсолютно на сто процентов, что волеизъявление людей в Крыму было демократично и честно. И если мы пригласим любые организации, результат повторится. Поэтому я абсолютно уверен, что Крым хочет быть с Россией.

Яковлев:

- Тогда у меня возникает вопрос. А с какого перепуга вы называетесь партией вообще? Потому что партия обладает какой-то идеологической платформой. Вопрос с Крымом, вопрос взаимоотношений с Украиной принципиален для нас сегодня. И когда я вижу с одной стороны Хакамаду, которая говорит «а», а с другой стороны Мариничева, который говорит «б», я не понимаю, а почему это партия? У вас, кроме общего названия, нет ничего, что вас объединяет. Это разве партия?

Мариничев:

- Совершенно вы неправы в данной ситуации. Потому что вы сейчас рассуждаете как человек из доиндустриального общества.

Яковлев:

- А в США демократы и республиканцы – это тоже доисторическая эпоха, правильно?

Мариничев:

- Абсолютно точно. Они вышли оттуда и они там же и остаются.

Яковлев:

- То есть, весь цивилизованный мир – это доисторическая эпоха?

Мариничев:

- Сто процентов да, конечно.

Карманов:

- У вас существует хотя бы внутрипартийная дискуссия на этот счет?

Мариничев:

- Мы на сегодняшний день повторяем ровно то, что есть. Вот сначала был театр, потом кино, потом включилось телевидение. И телевидение вроде как заменит все, но не заменило. Все существует одновременно…

Яковлев:

- А, может, просто вы взяли Хакамаду для того, что она знаменитая персона, потому что рейтинг маленький и вам плевать на то, что у вас разные принципиальные взгляды на вопросы?

Мариничев:

- Ну, здесь вы передергиваете. У меня в окружении партии, как минимум, пять человек и они имеют разные взгляды на эту проблему.

Карманов:

- Дискуссия есть внутрипартийная? Где-то вы собираетесь, обсуждаете? Вот у нас сегодня на повестке дня вопрос Крыма. Как мы к нему относимся? Вы обсуждаете и кто-то может кого-то убедить в чем-то… Есть эта дискуссия?

Мариничев:

- Есть дискуссия, конечно. Но с точки зрения позиции партии большинство все-таки внутри склоняется однозначно к той точке зрения, что Крым – это Россия. И, естественно, выслушать человека и свобода волеизъявления, она у нас очень сильно приветствуется. Нет никаких ограничений, чтобы кто-то сказал или побоялся сказать, что его мысли не совпадают с мыслями партии в целом.

Яковлев:

- Дмитрий, вот я процитирую вас, когда вы сказали – «я исповедую философию, что в скором будущем партии отомрут, они будут не нужны, а вторичным будет место проживания людей. То есть, привязка к физической сущности неважна абсолютно». Я правильно процитировал?

Мариничев:

- Да.

Яковлев:

- Поясните, пожалуйста.

Мариничев:

- Это говорит о том, что с развитием сетей, которые у нас возникают, в том числе, первую скрипку играет интернет, как технология, у нас видоизменяются отношения между людьми, которые подразумевают переход большой части функций государства и тех же самых политических движений в некий вид эпистимических сообществ, которые работают поверх сети. Я, наверное, сейчас буду выражаться достаточно странно, но смысл заключается в том, что люди будут достаточно быстро контактировать какими-то группами, а эти группы будут точно знать тот род и профиль деятельности, и принимать решения компетентно, за которые они отвечают. И каждый человек будет отвечать сам за себя, но не сможет отвечать за других. То есть, это отсутствие демократии как таковое в будущем.

Яковлев:

- Вот у меня возникает тогда вопрос. Вы говорите – это устаревший институт – политические партии. Я думаю, что вы и считаете парламент устаревшим институтом?

Мариничев:

- Да.

Яковлев:

- А зачем вы тогда туда идете?

Мариничев:

- Потому что с точки зрения легитимного изменения и правильного формирования законодательной базы для будущего, куда мы все приходим, этот институт является актуальным на сегодняшний день…

Яковлев:

- Так он актуальный или устаревший?

Мариничев:

- Он устаревший уже для философии общества, примерно как феодализм отмирает и приходит буржуазия, и приходят конституционные ограничения монархии, но монархия остается. Но уже как ширма, как красота, то, что любит народ. Вот у нас есть королева английская, да, но в то же время она не обладает же полнотой власти. Здесь то же самое. Весь этот инструментарий останется, он никуда не денется. Но с ходом времени его ценность будет уходить, оно будет превращаться в ценность такую философическую. А управление государством будут осуществлять совсем иные структуры. Поэтому, естественно, я не сторонник революции, я не поддерживаю почему Навального? Потому что он разрушает государственность, он создает проблематику для государственности. А мы можем это все изменить достаточно легитимным, простым путем – с помощью тех институтов, которые есть сегодня. Поэтому мы и идем в Госдуму.

Карманов:

- То есть, вы понимаете, что этот устаревший легитимный институт вам необходим? Для того, чтобы изменять реальность, вам нужно оказаться внутри?

Мариничев:

- Конечно. Да.

Карманов:

- Тогда вы все люди умные, состоявшиеся, с ресурсами, почему вы не можете в какой-то момент собраться и придумать эффективную пиар-кампанию и пиар-стратегию для того, чтобы попасть в эту думу, почему вы всегда переигрываете сами себя? Это натурально горе от ума!

Мариничев:

- Слишком умные, я только хотел это сказать, вы тут абсолютно правы. Нужно, наверное, все-таки сделать поправку на ветер – для нас это в первый раз, и очень быстро, и, естественно, конечно же, нельзя говорить, что мы опытные бойцы на политическом фронте. Мы также набиваем шишки, мы делаем ошибки…

Карманов:

- Есть подозрение, Дмитрий Николаевич, что до Госдумы вы все-таки не дойдете, тем не менее, воспользуемся случаем для того, чтобы поговорить о будущем нашей страны с умным человеком. Вы практически в каждом интервью говорите о рынках будущего. О том, что наша страна должна определиться с рынками будущего, должна определить свое место, определить, где она конкурентна. Но вот как вы это видите? Где мы на самом деле конкурентны? Где мы можем быть востребованы в мире? Где наше место, как вы считаете?

Мариничев:

- У нас очень много возможностей быть не просто востребованными, но быть номер один. И таковыми мы и являемся. Вот уже в последнее время мы обсуждаем возрождение искусственного интеллекта, как культуры, именно как культуры, потому что там и 30, и 40, и 20 лет назад была математическая подоснова всего, но вот войти, он возрождается в наши дни – там год, два, три. Машинное зрение, все, что связано с управлением роботами опять же, биотехнологии достаточно неплохо у нас развиваются. И все, что связано с программированием. Вот у нас партия достаточно высокотехнологичная, мы очень пропагандируем приход в Россию блокчейна, как технологии, и криптовалют, включая там биткоин. Можно сказать, что вообще основа основ и люди, которые являются флагманами этой технологии, на которых базируется все это, это все выходцы либо из России, либо из Белоруссии – это все наши с вами сограждане.

Карманов:

- Как вы считаете, как будет жить человек, как будет выглядеть быт человека российского через десять лет, например?

Мариничев:

- В большинстве своем он будет очень сильно похож на быт любого человека в любой другой стране. По факту, конечно, через десять лет мы претерпим значительные изменения, которые, в первую очередь, коснутся социального устройства общества. Поскольку то, что я упомянул самое простое – машинное зрение – оно говорит о том, что у нас начнут уходить профессии такие, как водитель. Водитель любого общественного транспорта, такси, и мы, как водители, будем уходить из жизни. Нас не станет через 10 лет. Не останется задачи такой – рулить. Даже чтобы рулить руками, вам нужно будет получить специальное разрешение. Не так, как права сейчас. И, естественно, высвобождение большого количества граждан из трудового такого договора, оно повлечет изменение в отношениях с семьей, к примеру. То есть, вы будете больше уделять времени близким и детям.

Карманов:

- Скажите, десять лет это примерно два созыва Госдумы?

Мариничев:

- Да.

Карманов:

- Чего не надо делать этим двум созывам, чтобы мы через десять лет жили, как…

Мариничев:

- Не надо принимать законы, которые консервируют общество, не нужно гнать волну о том, что что-то в обществе нормально, естественно и поэтому мы трогать не будем. Нужно привить в стране культуру того, что нужно все ставить под сомнение, потому что только таким образом можно индустриальные новации вводить в нашу повседневную жизнь. Это самое важное. Все остальное уже будет применимо. И, конечно же, думать о том, каким образом стимулировать собственное население к самосовершенствованию, постоянному познаванию чего-то нового и изучению чего-то нового.

Яковлев:

- Дмитрий, вы такие вещи говорите правильные, хорошие, о том, что вторично будет место проживания людей, привязка к физической сущности неважна абсолютно, но, вы знаете, вот приезжаешь в Сыктывкар – столицу республики Коми – а люди там говорят не о субъектности и не о новациях. Они говорят о том, что платежки на ЖКХ дорожают, о том, что вот как была коррупция, так и остается. Они говорят о дырах на дорогах, они говорят о том, что в детский садик сложно попасть. Не кажется ли вам, что главная проблема либералов в России заключается в колоссальном отрыве. Что, когда к нам приходят люди, которые хотят стать депутатами Госдумы, они говорят не о том, что людей интересует по всей стране, а они говорят о футурологии. О том, какой будет страна, о том, что будет с искусственным интеллектом через десять лет. А 99% населения страны плевать на будущий интеллект через десять лет…

Мариничев:

- Но вы же согласны, что то, о чем вы говорите, напрямую зависит от законов, которые работают в стране? И в первую очередь экономических. Вот все, что вы перечислили, говорит только о том, что, если НДФЛ платить по месту проживания…

Яковлев:

- А почему вы не говорите об этом? Почему вы говорите сейчас о том, что физическая сущность неважна? Почему вы не говорите о том, что у нас как бы коррупция, так и остается. Что у нас как были колоссальные налоги для предприятий, особенно где основная часть это сотрудники, а не техника…

Мариничев:

- Мы не только не говорим, это наша декларируемая ценность. И вы совершенно правы относительно того, что закон является подосновой. Это может быть невидимо, но это подоснова. На сегодняшний день у нас страна так централизована…

Яковлев:

- Так скажите, пожалуйста, что нужно сделать, чтобы не были грабительскими платежки, чтобы лекарства не дорожали?

Мариничев:

- Прежде всего, децентрализовать страну. Это раз. Соответственно, налогооблагаемая база по компаниям – мелкие, средние компании – они должны платить налоги по месту своего существования. Нужно убрать у них НДС и заменить его на налог с продаж, прямой. Нужно платить НДФЛ по месту проживания, чтобы возникла ценность и было понятно, куда идут деньги. Нужно видоизменить структуру управления кадастрами, записями, перейти на тот же банальный блокчейн и, соответственно, убрать огромное количество аппарата государственного. К примеру, вот я человек обыкновенный, я не понимаю, почему существует Пенсионный фонд в том масштабе и объеме, в котором он существует? Зачем ему здания, зачем ему принимать граждан, если пенсия это всего лишь запись в реестре о гражданине? И нужно всего 15 человек, которые будут думать о пенсионной реформе и о тех задачах, как стимулировать население к накопительной пенсии.

Яковлев:

- То есть, интернет спасет экономику?

Мариничев:

- Интернет не спасет экономику, интернет – это инструментарий, который позволяет просто улучшить и изменить ситуацию. Изменить все нужно в мозгах.

Яковлев:

- У нас покрытие интернета какое в стране?

Мариничев:

- Достаточно хорошее покрытие. Наверное, порядка 87% на сегодняшний день.

Яковлев:

- Я вот знаю, что на Дальнем Востоке в небольших городках интернет это по-прежнему дорогое удовольствие. Я не говорю сейчас о Владивостоке и Хабаровске, я сейчас говорю о городах поменьше. И там говорить о том, что Пенсионный фонд не нужен и его заменит искусственный интеллект и инновационные коммуникации, не приходится, потому что страничка долго загружается…

Мариничев:

- У нас есть государственные программы по цифровому выравниванию, соответственно, и по широкополосному доступу для каждого гражданина.

Яковлев:

- Но она не реализована на сто процентов, эта программа Минкомсвязи, вы же это знаете.

Мариничев:

- Вы же прекрасно понимаете, что интернет это как дороги. То есть, нельзя строить каналы – все, я построил.

Яковлев:

- То есть, дорог нет, а Пенсионный фонд закрыть надо, так получается?

Мариничев:

- Дорог как не было, так и нет, вы совершенно верно подметили. Но с интернетом дела обстоят гораздо лучше в нашей стране, но, конечно же, не радикально качественно. Однако ШПД и уровень проникновения того же сотового интернета, он у нас значителен на сегодняшний день. Поэтому не стоит говорить, что у нас совсем все плохо и все не так.

Карманов:

- Дмитрий Николаевич, вам наверняка предлагали вступить в партию «Единая Россия»? Внутри партии, как мы знаем, существует либеральное крыло, консервативное и т.д. То есть, там есть дискуссия. Почему бы не вступить в партию власти и все-таки не попасть в Госдуму изнутри не менять систему, не давать там предложений? Или хватает в принципе того положения, в котором вы находитесь? Уполномоченного при Президенте Российской Федерации. Удается ли влиять на ситуацию?

Мариничев:

- Удается. И значительно. Это нужно признать, что в принципе аппарат уполномоченного достаточно хорошо себя зарекомендовал и по трудным вопросам у нас есть достаточно четкое экспертное мнение и четкое понимание из отрасли, и мы не просто влияем, а что-то изменяем, и достаточно успешно. Это показал опыт моих последних двух лет. Не могу сказать, что стопроцентно прислушиваются, что что-то перестают делать, как вот, например, с пакетом Яровой, но все равно какие-то послабления и ограничения вносятся. И это так или иначе, в том числе, заслуга аппарата уполномоченного.

Карманов:

- А это правда, что о вас пишут – «у него очень сильный траст во властных кругах, он не боится сказать Путину свои мысли и готов их отстаивать»?

Мариничев:

- Я вообще не понимаю, почему какой-то человек, любой человек, должен бояться что-то сказать? Мне, например, точно так же не нравятся законы, которые на сегодняшний день ограничивают то, что может сказать человек там о сепаратизме…

Яковлев:

- То есть, вам не нравится вот этот закон об экстремизме?

Мариничев:

- Не нравится. И об экстремизме не нравится. Я категоричный противник, потому что я считаю, что общество не будет иметь никаких перспектив, оно не сможет стать на пути модернизации, если будет табуировать какие-то темы, считая, что они нормальные.

Яковлев:

- Я хотел бы вернуться к политической составляющей. В последние дни все политические гурманы обсуждают любопытный соцопрос, который провел центр Левады. Они уже по традиции задали вопрос респондентам во всей стране – за какую партию вы бы проголосовали? Ну, там был традиционный набор – «Единая Россия», Коммунистическая партия – в общем, все политические силы, от мала до велика, но вот что удивительно. Они включили выдуманную партию. Партию молодежи во главе с В. Поповым. И вот эта политическая сила набрала больше, чем, например, та же Партия Роста Бориса Титова. Дмитрий, ведь это совсем как-то грустно. Может быть, не стоит пытаться попасть в парламент, если выдуманная партия вас обыгрывает? На данный момент, по данным Левада центра.

Мариничев:

- Я бы ничего вообще не сказал про это, потому что это абсолютно неважно на текущий момент времени.

Яковлев:

- Почему? Ну, это означает, что ваш рейтинг на уровне статистической погрешности. Вы считаете, что это проблема ваша или это проблема востребованности вообще правых сил в нашей стране? Ведь какие-то причины есть. У «Яблока» тоже 1%, у Гражданской силы тоже 1%. У Гражданской платформы меньше 1%.

Мариничев:

- Давайте справедливости ради скажем, что все-таки наша партия это совсем молодое образование, фактически даже еще полгода не прошло. И, естественно, к сожалению, мы пока боремся просто за узнаваемость и за сам факт нашего бренда на мировом олимпе политическом, да. Это, конечно, пройдет. И я думаю, что сейчас, когда начнется активная фаза или так скажем сверхактивная фаза предвыборной компании, то все чаще и чаще будет мелькать наш бренд, все чаще и чаще люди будут обращать внимание и, конечно же, не будет никакого сравнения с мифическими партиями, хотя какой-то коэффициент людей, которые против всех, будут выбирать мифическую партию.

Карманов:

- Дмитрий, а вы правда верите в то, что послед 18 сентября Партия Роста продолжит свое существование и действительно вы, молодая партия, у которой есть будущее. Вы накачиваете мускулы и т.д. и т.п. Скажите правду.

Мариничев:

- Как вам сказать правду? Правду с точки зрения моей философии вы знаете, что рано или поздно…

Карманов:

- Нет, вот 19 сентября Партия Роста будет существовать?

Мариничев:

- Партия Роста будет существовать 19 сентября. И 19 сентября она пройдет в Госдуму.

Яковлев:

- Пройдет в каком формате? Победив в ряде одномандатных округов? Или преодолев 5-процентный барьер?

Мариничев:

- Преодолев пятипроцентный барьер.

Яковлев:

- В последние дни обсуждаются кадровые перестановки – собственно, мы их и увидели – три силовика пришли на руководство регионами. Как вы считаете, будут ли какие-то изменения в составе правительства? И кого вы видите во главе правительства?

Мариничев:

- Даже не задумывался. Не знаю, кто во главе правительства будет.

Яковлев:

- Ну, как правило, лидер партии в классической демократии возглавляет правительство. Вот кто идеальный кандидат? Оставить Медведева? Или Борис Титов? Или Оксана Дмитриева? Или Дмитрий Мариничев? Кто?

Мариничев:

- Ну, точно не я. Я себя не расцениваю как кандидата.

Карманов:

- Скромность украшает. Но не в политике.

Яковлев:

- Но все же. Если вы получаете контрольный пакет в парламенте, вы побеждаете, кто должен стать премьером?

Мариничев:

- Я буду голосовать за Титова.

Карманов:

- Я думаю, что сегодня я лично получил ответ на интересующий меня всю программу вопрос. И я думаю, что мы, как профессионалы, в этой студии, которая занимается средством массовой информации, могли бы, наверное, только один совет дать Партии Роста. Все-таки для разнообразия использовать и традиционные каналы коммуникации с нашим населением, которое ждет, что ему скажут простыми словами – куда мы должны идти? В том числе, о каких-то очень сложных вещах надо говорить просто. Давайте встречаться не только в эфире «Комсомольской правды», но и на страницах газеты «Комсомольская правда», которую читают миллионы жителей России.

Яковлев:

- Да. Вот тут недавно один известный музыкант сказал, что вроде народ у нас быдло, рабы, если быть точнее… ну, надо сказать, что эти тезисы мы часто слышим из уст либералов и мне-то кажется, что это одна из главных системных ошибок на правом фланге – воспринимать людей, как быдло необразованное. А вот мы, дескать, интеллигенция, когда придем к власти, порядок наведем. Согласны ли вы с тем, что действительно такое отношение к народу, такая некая антинародность имеет место быть среди политиков правого толка и с этим нужно что-то делать?

Мариничев:

- Знаете, вот понятия не имею, потому что, наверное, приписать мне то, что я в политике, пока еще рано…

Яковлев:

- Вы – кандидат в депутаты Госдумы от Партии Роста – это правый проект. Я вам говорю о том, что есть огромное количество высказываний, которые говорят политики правого толка, что народ у нас, дескать, быдло и все у нас поэтому так плохо. Вот вы к таким тезисам как относитесь?

Мариничев:

- Сугубо отрицательно. Потому что я исповедую совершенно противоположную философию. Я считаю, что у нас народ сам по себе очень умный, гениальный и способный, и заниматься его образованием – это святое дело для любого руководства страны, какое бы ни пришло. Это вот единственное, что есть, на сегодняшний день, - это ценность человеческого капитала. Другой нет. Поэтому противопоставлять себя это вообще как бы невозможно. Это мое мировоззрение.

Карманов:

- В одном из интервью вы сказали, что готовите доклад президенту с Титовым вместе и там практически первым пунктом отраслевой позиции звучит утечка мозгов. Что надо сделать, чтобы из страны не уезжали, в том числе, те люди, которые уже выросли и готовы эту страну менять?

Мариничев:

- В первую очередь, это, конечно же, правильное законодательство, которое реально стимулирует к инновационной деятельности людей. Второе – это создание условий для проживания, для их нахождения. Это, соответственно, и нэтворкинг, который существует, это и возможность развлечений, которое существует, и комфортная среда. Это наличие притока свободного капитала, который абсолютно легко может быть инвестирован в новое и инновационное. И, конечно же, абсолютная свобода. То есть, каждый человек должен иметь возможность поставить под сомнение любую точку зрения, любую ситуацию, которая существует в стране и не бояться, что наступит какая-то ответственность за его высказывания, за его мысли, за его идеи. Только при этом наступает свобода творчества, наступает свобода, когда человек хочет что-то изменить и может что-то изменить.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ