Как во граде во Львове я по-русски говорил...

«Корень разногласий Украины с Россией - элементарное неуважение друг к другу». Ярослав ГОЛОВАНОВ. Язык мой - враг твой? Перед тем как отправиться в самое логово западных украинских националистов, я несколько дней привыкал в городе Киеве к украинской мове. Даже пытался на ней заговорить, отчего киевские украинцы падали в лежку! - Ты уж лучше во Львове прикинься глухонемым. Это тебе не Киев, там за издевательство над украинской речью побьют не меньше, чем за русский язык! Сами киевляне ныне куда добродушнее к москалям, чем в начале девяностых, когда разбуженный националистами хохол разорвал свои тяжкие цепи колониализма и готовился через год-другой встать в авангарде Европы. Но, испив до конца сию горькую чашу свободы, вдруг очень засомневался: а кто для кого являлся колонией? Кто кому поставлял копеечное топливо? Лес? Строил «ДнепроГЭС», «Запорожсталь», «Южмаш» и т. д. и т. д.? Оттого теперь в Киеве, даже на мятежном Крещатике, редко найдешь кретина, который во всех украинских бедах винит Москву. Да и сам бунт на Крещатике - зрелище довольно скучное. Шестьдесят -семьдесят вяло протестующих «против режима Кучмы» мерзнут, приплясывая, у своих палаток, продают газетки и просят милостыню на борьбу. Здесь же можно почитать забавные народные стишки: «Я хату покинул, пошел на Майдан, чтоб людям сказать, что наш Кучма - пахан!» Бедные телевизионщики, не зная, что снять, умоляют толстомордого детину хотя бы палкой перед камерой помахать. К вечеру, когда собираются поддатые зеваки, становится уже веселее, особенно у палатки УНА-УНСО. - Да вы же все масоны! Предатели! - выкрикивают прохожие мужички. - Батьковщину Западу продаете! Чо рожу платком закрыл, сука фашистская! Тут вам не Львов, ... вашу мать! - И тяжелая мозолистая пятерня все крепче сжимается в кулак. «Уна-масоны» молча сносят обиду и пятятся подальше от ограждения. Милиция вежливо успокаивает и оттесняет мужичков. Жару к сему поддает старик-инвалид с гармошкой: «Кохана моя Украина, Кажи, я за ще воивал? Я путь от Днепро до Берлина По трупам фашистским шагал!» После ареста известной Юлии Тимошенко появилась агитпалатка с ее суровым портретом и подписью «Я не сломалась, а ты?». И опять стишки-нескладушки типа: «В народе называют Вас леди Ю. Вы украинская Жанна Д’Арк». И что-то там... «У бездны на краю не поступились честью Вы никак!» - Знаем, знаем этих леди! Все они такие ...леди! - по-своему рифмуют прохожие. - Наворовала миллионы, а теперь - леди?! - Так она же недавно покаялась! - разъясняют тетки-агитаторши. - Она за вас, за народ страдает, а вы про нее такое! Защитницы леди Ю. резко отличаются от прочей протестующей голи меховыми одеждами, явно служат они здесь не за пятачки. Но пора уже мне и на Запад! Пани-бабушки в городе Львове не вступают в порочную связь Город Львов, доложу я вам, очень даже красив своей вычурной старинной архитектурой. А красивый город благородно влияет на психику. Посему-то львовяне почитают себя людьми достойными, величают друг дружку «пан», «пани». В первое утро, когда я вышел полуголым из душа, ко мне в номер пожаловала пани уборщица. Оглядев меня влажного, она так вежливо предложила, мол, если пана смущает ее присутствие, то она готова зайти попозже... Умиленный этаким тактом, я предложил написать благодарность на ее имя. Тут она очень испугалась и попросила не делать этого. Иначе начальство заподозрит ее в мало ли каких связях с паном иностранцем! Возьмут и уволят на всякий случай. А на пенсию в 90 гривен (450 рублей) пани никак не проживет, потому что только за газ российский, коим отапливаются квартиры, надо платить 130 гривен. А еще за свет, за воду, лекарство деду и т. п., и т. п. Потому в городе Львове большинство зимуют без отопления. «Я хоть и украинка, но если бы, дура старая, могла представить, что так случится, то и под пыткой не голосовала бы за эту низалижность... Ладно, хоть пенсию иногда прибавляют - спасибо пану Путину. Когда он в России старикам добавляет, то и наши вынуждены на него равняться. Ныне гутарят, что в России с марта опять пенсию увеличат? Ну, слава-то Богу!» А город подумал - ученья идут... Три дня я нещадно тиранил жителей города Львова (включая здоровых молодых панов) вопросами на великом и могучем русском языке: «Скажите, сударь (сударыня), как пройти в православную церковь?». И, уверяю вас, ни один, ни одна не поддались на мою гнусную провокацию. Каждый подробно (кто-то, правда, на украинском) и дотошно объяснял, где это. Лишь одна пожилая пани с опаской спросила: «Правда, ще русские аэродром захватили? Зять сказывал. Так я хадаю, може, ученья?». Вечерами заходил в кабаки. В иных наполовину, а где и больше исполняют песни на... русском! Только чаще такого толка: «...спецэтапом идет эшелон с Украины в таежные дали...». Помимо «Как пройти в православную?», я также опрашивал прохожих: «Где находится штаб УНА-УНСО?» Пусть мне не поверят, но ни один человек на улице не смог указать их место. Направили по ложному адресу, где я случайно попал в штаб Социал-национальной партии Украины. Областной лидер Андрей Парубий на вопрос о местном национализме ответил, что таковой есть, но... прет он, дескать, со стороны русского меньшинства. Если львовянин в темном переулке заговорит с русскими на украинском, то, мол, точно будет побит. - Нет больших шовинистов на свете, чем русские! - умозаключил лидер. - Вот вы, например, вошли ко мне в кабинет и даже поздоровались по-русски. А, представьте, я в московском метро спрошу у вас по-украински, как проехать туда-то? Вы же пошлете меня куда подальше... - Но зачем вам в Москве украинский, если вы знаете русский? - не понял я. - А почему все должны учить русский? - не понял он. - Закон жизни, - ответил я. - Россия - огромная держава, вокруг которой множество малых народов, потому всем проще общаться на русском. Если вы поедете в Азербайджан, а после в Молдавию, что, вам каждый раз выучивать разные языки? - Вот-вот! Россия - великая держава! - возбудился пан Парубий на мои слова. - А вокруг, значит, живут какие-то там невеликие... Вот этот ваш шовинизм, он в каждом из вас с рождения! В итоге мы остались всяк при своем мнении. - Скажите, пан Парубий, УНА-УНСО - ваши друзья-соратники? - спросил я. - Ничего общего! Сборище недорослей без никаких здравых идей. Они, например, едут на войну в Грузию и уже по дороге решают - за кого им там лучше воевать: за грузин? Осетин? Или абхазов? А наша национал-задача - объяснить людям, что семья и Родина - единое целое. Хочешь великую державу, люби ее, как свою собственную семью! На первом этаже обкома книжный магазин с разной националистической литературой. - А есть у вас какое-то антирусское чтиво, - спросил я продавщицу, - прочеченское, например? - А каже, пан, е! - отвечала она и... (вниманию Михаила Задорнова!) достала мне три папки с вырезками из русских газет! По полтинничку вырезка. Пусть проверят, кому не лень. Пока что не всякий снайпер из УНА-УНСО может попасть в маленькую дырочку По наводке пана Парубия нашел-таки штаб УНА-УНСО по адресу: улица Генерала Чупринки, 5 (бывшая улица Пушкина). Старый трехэтажный особняк, жутко обшарпанный, грязноватый изнутри. Это весьма удивило. Помню, как-то зашел в штаб вятского РНЕ. В коридорах дежурили трезвые проутюженные ребята, контора блестела казарменной чистотой. На втором этаже увидел дверь с надписью «Вход посторонним строжайше воспрещен!». Значит, мне сюда. За дверью лестница на третий этаж. Там еще одна дверь. Открыл. В маленькой комнатушке неописуемый бардак: грязная посуда, какое-то разбросанное шмотье, деревянный автомат Калашникова, несколько солдатских коек. Поперек одной распластался вдрабадан пьяный парубок. В ноздри ударила вонь. А из разных углов уставились на меня пять пар удивленных глаз. Притон, что ли, какой? А девки где?.. - Здесь, что ли, центральный всеукраинский штаб УНА-УНСО? Есть председатель? Ответили, что председатель скоро будет, и предложили подождать внизу. На первом этаже прегрязный сортир. На стене перед унитазом крупно написанное воззвание: «НЕ ГАДЬ МИМО ДIРКИ!» - что явно указывает на степень культуры и трезвости посетителей данного учреждения. Скоро явилось начальство во главе с генеральным секретарем УНА-УНСО ШКИЛЬ Андреем Васильевичем. После бойцовской казармы его кабинет со старенькой мебелишкой показался вполне изящным. Правда, здесь не было даже банального телефона в отличие от вятского РНЕ, напичканного компьютерами, ксероксами и прочей оргтехникой. Мы сели за стол переговоров, и я попросил генерального говорить по-русски, на что он любезно согласился. - Почему у националистов украинских такое неприятие к России? - спросил я. - Россия всегда была тюрьмой народов, а русские - шовинистами, потому мы взаимно не уважаем друг друга, - отвечал генеральный. - Была, но теперь Россия другая, - возразил я. - Да, другая, - согласился он, - еще более деспотичная. Вы придушили Чечню, едва она запросила свободы. Вот зачем вам нужна Чечня? - Лично мне не нужна, - ответил я честно. - Но что теперь делать, если так вляпались? С позором уйти? Снова все закричат о нашем поражении! - Уйти надо достойно. - Научите, как? - Если бы я был Путиным, организовал бы втихую сбор подписей россиян против войны. Тогда бы уход считался не бегством, а волеизъявлением российского народа. «Не глуп!» - отметил я мысленно. - А если, глядя на чеченцев, взбунтуются крымские татары и запросят свободы от Украины? - Тогда мы придем в Крым, и только при виде нашего знамени УНА-УНСО у них пропадет всякое желание бунтовать! - Не понял?! - удивился я. - Почему чеченцам свободу, а татарам - хрен? - Разные нации, - пояснил генеральный. - Татары цивилизованные, они могут и должны жить с цивилизованными украинцами. А чеченцы - дикий народ, они никогда не смогут сосуществовать с русскими, равно как негры не могут с французами... Вот французы поняли это и ушли из своих колоний. - Ну вы меня, право, ошарашили! Зачем же боевики УНА-УНСО идут воевать за диких чеченцев против русских? - Это неправда, мы никого в Чечню не посылаем. Если даже приходят к нам добровольцы, а чаще провокаторы гэбисты: «Помогите поехать в Чечню», - мы отвечаем: «Это ваши проблемы». (Уже поздним числом я могу предположить, что такой взгляд на чеченцев сложился в УНА-УНСО после того, как - известный факт - воины ислама расстреляли украинских наемников еще в первую чеченскую за отказ идти в пекло.) - Ваше отношение к РНЕ? - РНЕ - ультрашовинистская организация, когда мы окрепнем, укажем РНЕ их место. - Сколько у вас сейчас штыков? - Более десяти тысяч по всей Украине. (Факт, разумеется, непроверенный.) - Возможно ли Украине сотрудничать с Россией экономически? - Когда сюда приезжают вот такие, - он показал на пальцах козу, - мы против. - А коли приехал сам Путин? - Он приехал поддержать Кучму. - У вас в программе написано, что УНА-УНСО, придя к власти, за год-два сделает Украину ведущей державой, но как? - Украина - страна аграрная, народ трудолюбивый. Мы начнем развивать сельское хозяйство и сделаем страну главной житницей всей Европы. - Не согласен, - возразил я, - что ныне заработаешь на картошке и сале? К тому же умных голов здесь немало, которые хотят развивать мозги в индустрии, как тут быть без России? Генеральный мягко замял этот вопрос, понимая, что вся индустрия на Востоке, а Восток считается пророссийским. Кучму я в тот день не скинул На следующий день при довольно паршивой снежной погоде в центре города под флагами УНА-УНСО собралась тусовка человек в четыреста - от детишек до ветеранов-бандеровцев и даже махновцев. Для почти миллионного Львова, конечно, негусто. Я махнул с бандеровцами стакан горилки да завел непростой разговор на тему «За что боролись?». - Мы никогда не боролись против русского народа, - отвечали старики-бандеровцы, а бились против коммунистов и НКВД. Однажды в сорок пятом был случай. Заходим ночью в село, а там отряд красноармейцев в одной хате, все в стельку пьяные, бери их голыми руками. Но там не было комиссаров, и мы никого не тронули. Разбудили их, и выпивали вместе до утра. Зачем нам убивать смоленских, тамбовских, которых согнали сюда не по их воле? - Нас пять областей Галиции насильно пристегнули к Украине, - поясняло более молодое поколение. - Но мы не хотим ни с Украиной, ни с Польшей, мы отдельное государство! Это было для меня еще одним новым политоткрытием! После на трибуну взошел мой вчерашний собеседник Андрей Шкиль и горячо, по-ленински, разъяснил народу «Что делать?» под бурные аплодисменты. Затем еще более пламенный оратор упредил публику о новой российской экспансии, сорвал гром оваций и предложил спеть украинский гимн. Толпа поснимала шапки, грянула хором. Даже милиционеры в охране сорвали с голов фуражки. Я один стоял в центре толпы с покрытой головой. Сзади стали хлопать по плечам, мол, кучму («шапка» по-украински) скинь! Разгоряченный горилкой, пояснил публике: «Я москаль!» - и остался при кучме. Больше ко мне никаких вопросов! Теперь, опять же задним числом, устыдясь, понимаю - надо было бы снять фуражечку в знак уважения великой и родственной мне страны. После мы час в окружении толпы спорили с последним оратором. - Почему в нашем Крыму присутствует иноземная армия?! - вопрошал он. - А почему в нашем Крыму присутствует иноземная армия?! - вопрошал я. - А почему вы решили, что Крым российский?! - А почему вы решили... - ну и так далее. Народ спокойно негодовал: - Вы, русские, ненавидите нас испокон веков! - А зачем бы нам вас ненавидеть, вы ж не Латвия какая-нибудь, - ляпнул я на сей раз очень неумно и не подумавши. И тут нервы у кого-то окончательно сдали. - Он против Латвии! Он же жидо-московский масон! - И этот несдержанный отчаянно взмахнул руками в мою сторону. Вы опять не поверите, но взбалмошного мужичка ударили: «Москвич же тебя не оскорблял!» Началась легкая драка, я бросился защитить мужичка, но его уже выкинули из толпы. После долгих дебатов я тепло распрощался с публикой. И в целом о городе Львове у меня остались самые приятные воспоминания. Народ очень культурный, разумный и терпеливый, потому как величественная архитектура к чести и мудрости сызмальства их призывает. Ну, может, в семье не без урода... Так дураков и у нас хватает. Фото автора. ЧТО ЕЩЕ НАДО БЫ ЗНАТЬ О ЛЬВОВЕ Город Львов известен с 1256 года. С XIV века в составе Польши. С 1772-го - в Австрии. С 1918-го снова в Польше. В 1939-м отошел (мягко говорит энциклопедия) к Украине вместе с Ивано-Франковской, Тернопольской, Волынской и Ровенской областями. Население Львова - 802,2 тысячи человек на 1991 год. В городе 10 вузов, 4 театра, 12 музеев. Стоимость проживания в гостинице для россиян, как и для прочих иностранцев, вчетверо выше, чем для граждан Украины. В среднем номер за сутки россиянину обойдется от 60 долларов США и больше.