А вам в жизни когда было страшнее всего?

Сергей ЗВЕРЕВ, стилист: - Несколько лет назад я попал в страшную автомобильную аварию. Очнулся уже в больнице, схватился за лицо и с ужасом понял, что у меня нет... носа. Когда хирург по памяти - а делать операцию надо было очень быстро - восстановил мне мой нос, я долгое время боялся подойти к зеркалу. Евгения ШИСТЕР, член РКСМ с 1919 года, член ВКП(б) с 1920 года, участница гражданской и Великой Отечественной войн: - Мне никогда не было страшно. Потому что я была «ворошиловским стрелком», из трехлинейки стреляла без промаха. И остаюсь большевиком до сегодняшнего дня. Но один раз я все-таки немного испугалась. В 1919 году, выступая на митинге в Андижане, я сказала: «Нам надо покончить с буржуазным классом!» Меньшевик Непомнящий ядовито спросил: «Девочка, а ты в каком классе учишься?» Все вокруг зааплодировали. Набравшись мужества, я дерзко прокричала: «Вы знаете, что есть один класс, который против народа, против Советской власти, - это класс буржуазии! Кому вы аплодируете?» И тогда они замолчали... Альберт МАКАШОВ, генерал-полковник, бывший командующий войсками Приволжского военного округа: - Мне было страшно сегодня ночью. Насмотрелся перед сном американских боевиков, а потом такие кошмары мучили! И в жизни не раз бывало жутко. Когда служил комендантом в Армении, когда был в эпицентре заварухи между Молдавией и Приднестровьем в 1992 году. Грозили расправой мне, моей семье... Лайма ВАЙКУЛЕ, певица: - Мы с Андреем (супруг Лаймы. - Прим. ред.) ехали в машине. Я была за рулем. Машину занесло, и мы полетели куда-то вниз, но за что-то зацепились. А я как сидела с яблоком, так и продолжала сидеть с ним, даже не уронив. Мне даже не было страшно в тот момент. Виктор ЧЕРЕПКОВ, депутат Госдумы России: - 2 августа 1994 года меня похищали люди в милицейской машине. Но страшны были даже не муки, когда в багажнике нечем было дышать, не избиения и пытки, а то, что мне не к кому было обратиться за помощью. Сабрина ТАВЕРНАЙТ, московский корреспондент газеты «Нью-Йорк Таймс»: - Я отдыхала в кемпинге в штате Мичиган. Животные там разгуливают совершенно свободно, и ко мне подошел медведь. И хотя он не сделал мне ничего плохо, просто обнюхал, - я жутко испугалась. Сергей МАЗАЕВ, лидер группы «Моральный кодекс»: - Я разбился на мотоцикле в сильном алкогольном опьянении, поэтому испугаться не успел. Очнулся уже в больнице, весь в гипсе. Вот тогда мне стало страшно. Ведь я мог разбиться... Дмитрий ШПАРО, полярный исследователь и путешественник: - На 2-м курсе мы отправились в лыжный поход, на полустанке к нам пристал поддатый парень с ножом. Было страшно, потому что никто из нас не был готов к такой ситуации. Тут, наверное, важно не дать спровоцировать агрессию. Руслан ХАСБУЛАТОВ, председатель Верховного Совета России (1991 - 1993 гг.): - Мне было страшно в октябре 93-го, когда из танков стреляли по «Белому дому». Канонада тех выстрелов и сегодня слышна - я имею в виду нескончаемую войну в Чечне. И постоянные теракты, захват заложников - прямое следствие того расстрела. Валерий МЕНИЦКИЙ, Герой Советского Союза, лауреат Ленинской премии, заслуженный летчик-испытатель СССР: - У меня за многие годы «поднебесной жизни» выработалось свое понимание страха. Я бы назвал это оцепенением. Это случалось несколько раз, когда самолет переставал слушаться тебя и ты оказывался перед выбором между жизнью и смертью. Некоторые мои друзья-испытатели называли это в штуку «коэффициентом обалдения». А когда кто-нибудь бахвалится, что не ведает страха, я не верю. И вспоминаю слова матерого аса-испытателя Григория Седова, который сказал однажды: «Если бы у летчиков были хвосты, то мы бы часто видели их в небе прижатыми»...