2016-12-05T15:22:10+03:00

О коньке-горбунке и сибирском мужике

Наши спецкоры продолжают путешествие из Москвы во Владивосток на электричках. Часть 9 [фото, видео]
Поделиться:
Комментарии: comments64

Из Москвы во Владивосток на электричках. Город Ишим.Виктор ГУСЕЙНОВ

Изменить размер текста:

Наши путешественники продолжают свое знакомство со страной и ее жителями Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Наши путешественники продолжают свое знакомство со страной и ее жителямиФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

(продолжение. Читайте часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5, часть 6, часть 7 и часть 8).

Тюменская область.

Электричка встала. Двери, сбивая иней, разверзлись. Метель тут же ворвалась в тамбур, надавала пощечин, исполосовала иглами, белая сволочь.

Минус 16-18.

Милый, должно быть, городок. Сквозь снег горели буквы ИШИМ.

Мы просидели за экспедицию 41 час (Витя вульгарно называет нас «железными задницами»).Зато теперь мы обладаем знанием - как же это хорошо пребывать в вертикальном положении! Как это приятно. Во всех жизненных смыслах.

Сейчас я готов пройти километров 15. По рельсам.

А вот появляется сам Витя. Витя спит.

Не просыпаясь, он сделает фотку вокзала. Механически войдет в город. Сейчас он закурит. Зачекинится. Сделает для соцсетей селфи (для этой цели натянув шапку, чтобы не отругала мама).

Сквозь снег горели буквы ИШИМ Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Сквозь снег горели буквы ИШИМФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

А потом засунет свою страшную косматую голову в кассу и, диковато улыбнувшись, прохрипит: «Что тут идет до Омска?».

И выяснится: нас услужливо поджидает другая «собака» - на Называевск и далее на Омск... Оставалось только купить билеты.

Я машу рукой. Бери.

Но есть третий член экспедиции. Именно он рушит все наши планы. Дескать, ша! Мы остаемся в Ишиме.

Третий уверяет: «Место, ребята, интересное». Что «история у города трагическая». И дает понять, что мы обглодаем локти, если пронесемся мимо.

Этот третий, кстати, давно нами командует.

Пора его представить. Вот он. Мы его, кстати, так и зовем: «Третий».

Но есть третий член экспедиции Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Но есть третий член экспедицииФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Гусейнов: “То, что мы даем имена телефонам, конечно, говорит о нашем душевном здоровье. И чо?”

А началось это где-то дней пять назад. Мы завели Третьего для связи с читателями. Не отдавая отчета — к чему это может привести.

Честно говоря, первые 10 электричек он был не слишком разговорчив. Потом его вдруг прорвало.

Потом нам начали звонить и писать те, кто хотел поддержать морально.

А началось это где-то дней пять назад Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

А началось это где-то дней пять назадФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Затем Третий озаботился нашим здоровьем:

Наши авторы завели Третьего для связи с читателями Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Наши авторы завели Третьего для связи с читателямиФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Совет от бывалого Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Совет от бывалогоФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Потом — маршрутом.

Неравнодушные читатели предлагают помощь Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Неравнодушные читатели предлагают помощьФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

В итоге Третий решил и сам поработать журналистом.

И засыпал нас предложениями — куда поехать и что посмотреть.

Это и произошло в Ишиме. Один из тысяч читателей, путешествующих вместе с нами, позвонил и оставил здесь.

Ну что ж, привет Ишим.

Приятный город. На вокзале киоск с горячим чаем, работающий круглосуточно. Хорошая примета Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Приятный город. На вокзале киоск с горячим чаем, работающий круглосуточно. Хорошая приметаФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Молодец, Третий. Не то чтобы я подхалимничаю перед читателями, но он действительно прав.

Приятный город. На вокзале киоск с горячим чаем, работающий круглосуточно. Хорошая примета.

Угадываем города по вокзалам. Точки общепита говорят о численности населения (где-то одна на 10-20 тысяч), степень заплеванности или “сугробности” перрона – о качестве ремонта улиц… И, простите, есть странная закономерность – чем моложе кассир, тем город крупнее.

Ишим понравился. Купеческий город. Просторные улицы, избежавшие мрачной советской типовой застройки, казалось, созданы для солнца и ядреного сибирского морозца.

Ишим понравился. Купеческий город Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Ишим понравился. Купеческий городФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

И даже памятники, часто вызывающее в провинции раздражение своей кондовостью, здесь смотрятся неплохо.

Например, вот памятник архитектору Останкинской башни уроженцу Ишима Никитину.

Памятник нашим путешественникам понравился Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Памятник нашим путешественникам понравилсяФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

А природа! Ни одна смотровая площадка холеного города мира не сравнится с обычным пригорком у местной реки.

В таких заводях когда-то водились знаменитые ишимские караси – по пуду (!) весом (пуд равен 16,3 килограмма – Ред.).

А природа! Ни одна смотровая площадка холеного города мира не сравнится с обычным пригорком у местной реки Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

А природа! Ни одна смотровая площадка холеного города мира не сравнится с обычным пригорком у местной рекиФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Впрочем, они и сейчас водятся. Но чуть помельче.

Местные трофем Фото: Владимир ВОРСОБИН

Местные трофемФото: Владимир ВОРСОБИН

Конечно, глупо надеяться, что за несколько часов мы поймем ишимцев. Но уже через пару минут стали кое о чем догадываться…

- Из Москвы-ы-ы! – присвистнул таксист, подкинувший нас до центра за 60 рублей.

На его лице читалась тяжелая, жгучая обида. Не на нас. На жестокое мироустройство.

Только что мужичок рассуждал о «рокфеллерах», которые покупают президентов по всему миру («И Трампа они поставили»). Что миром правят деньги. А тут…

Он держал в руках шестьдесят рублей и горько-горько смотрел на нас. Я понял – таксист, на свою беду, знал, сколько зарабатывают московские коллеги.

- У вас там, в Москве, небось, такие деньги нищим подают, - проворчал он.

Да, тут народ с характером….

Хотя история об ишимском характере, скорее, трагическая.

Казалось бы, город закаленных Сибирью людей. Ничем их не перешибешь. Ни войнами, ни ссылками. Именно отсюда отправилась пешком в Санкт-Петербург юная Прасковья Луполова.

Девушка прошла три тысячи километров, чтобы просить у императора Александра Первого за своего отца, сосланного сюда отставного военного. Так Прасковья стала символом дочерней любви и прообразом пушкинской “Капитанской дочки”. Император отказать не мог, Луполовых вернули из ссылки, но верная дочка умерла от чахотки в монастыре.

Много натерпелись местные мужики. В 20 веке их попытались сломать коммунисты. Большевики пришли сюда с продразверсткой. 8 миллионов пудов обязан был сдать Ишимский уезд.

Девушка прошла три тысячи километров, чтобы просить у императора Александра Первого за своего отца Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Девушка прошла три тысячи километров, чтобы просить у императора Александра Первого за своего отцаФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Как назло, стояло засушливое лето, “излишков” оказалось мало, но присланный сюда губпродкомиссар с изящной фамилией Инденбаум приказал содрать продразверстку любой ценой. Если не вдаваться в страшные подробности, скажем одно – большевики, выполняя план, жутко накуролесили в Ишиме. Запирали семьи в холодные амбары, насиловали, в лучшем случае – обрекали на голодную смерть.

Могила расстрелянных крестьян в Синицыном бору Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Могила расстрелянных крестьян в Синицыном боруФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Крестьяне взялись за вилы. Вспыхнуло знаменитое Ишимское восстание. Которое закончилось так.

Эту могилу расстрелянных крестьян в Синицыном бору (всего в Ишиме погибло около семи тысяч) нам показал замдиректора Ишимского историко-художественного музея Геннадий Крамор. Судьба. В день нашего приезда Геннадий проводил ежегодную научную конференцию по событиям 1921 года.

Геннадий Крамор Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Геннадий КраморФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

По словам историка, после подавления восстания красноармейцы погнали в Ишим три сотни мужиков из непокорных деревень. На полдороге остановились, поставили три пулемета и дали очередь.

- После крикнули: "Кто живой, поднимайся", - рассказывает Крамор. - Мужики покорно встали. Еще очередь. И так пока не добили.

В крестьянской войне у каждого в семье кто-то погиб Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

В крестьянской войне у каждого в семье кто-то погибФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Трупы долго лежали на снегу. По весне вода в Дятлинке была красной…А расстрелянных местные жители похоронили здесь, в Синицынском бору.

Ишимцы это помнят. В крестьянской войне у каждого в семье кто-то погиб.

Но раньше вспоминали украдкой: даже при Советах обязательный памятник красноармейцам – небольшую мемориальную плиту - старались “спрятать” в угол центральной площади.

Попытки уже современных горожан поставить монумент погибшим крестьянам (деньги собирались как в старину - по кругу, и принципиально - ни копейки казенных денег) властями тоже не поощрялись. Памятник простоял на центральной площади три месяца, после чего мэр убрал его с глаз долой на городское кладбище.

Но в последнее время с властями происходит странное. Губернатор заявляет: события 1921 года - одни из самых памятных в Тюменской области.

- Подождите, но крестьяне попытались поднять на вилы действующую власть! - поражаюсь.

- Вот-вот, - усмехается музейщик. - Но как-то приехал в область Сергей Нарышкин (экс-спикер Госдумы, ныне глава СВР). И будучи председателем Исторического российского общества, заметил, что крестьянское восстание в Ишиме - важная страница в истории государства Российского. Ну, чиновники это тут же подхватили…

- За коммунистов как ишимцы голосуют?

- Как и везде, – пожимает плечами. – В 90-е почти все за Зюганова голосовали.

- Но как же…

- Любому народу в башку можно вбить любую идеологию! Легко! – пожал гигантскими плечами один из местных ученых и глянул исподлобья. Такого одень в телогрейку, дай плуг и ружье – вылитый сибирский крестьянин смутного времени.

А вот и главный символ Ишима. Странная горбатая лошадка.

Именно здесь, в Ишиме, жил великий поэт Петр Павлович Ершов. Директор культурного центра имени этого классика Надежда Проскурякова создала единственный в России музей Конька-Горбунка.

Главная его достопримечательность - протокол заседания столичных искусствоведов с окончательным вердиктом: слухи врут, «Горбунка» написал не Пушкин, а Ершов.

У Ершова, кстати, судьба выдалась ишимская.

А вот и главный символ Ишима. Странная горбатая лошадка Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

А вот и главный символ Ишима. Странная горбатая лошадкаФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

«Горбунка» он написал будучи студентом, выполняя что-то вроде курсовой работы. В итоге сам Пушкин публично признал «поражение» и более новых сказок не писал.

Рискну предположить - поэта Ершова, как и Пушкина, погубили женщины. Любовь. Семья. Служба. 16 детей. Ничего значительного придавленный бытом Ершов более не написал.

Все ближе Омск. Станция «Называевская».

«Обалдеть!» - кричит Гусейнов, помогая охающим мамашам тащить ошалевших детей под вагонами.

Кто-то хотел приключений. Пожалуйста Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

Кто-то хотел приключений. ПожалуйстаФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

«Быстро-быстро!» - озираюсь с ужасом, принимая под колесами сумки.

Кто-то хотел приключений. Пожалуйста.

«Обалдеть!» - кричит Гусейнов, помогая охающим мамашам тащить ошалевших детей под вагонами Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

«Обалдеть!» - кричит Гусейнов, помогая охающим мамашам тащить ошалевших детей под вагонамиФото: Виктор ГУСЕЙНОВ

О том, для чего вообще Ворсобин и Гусейнов все это затеяли,читайте здесь.

Читать отчеты:

часть 1 часть 2 часть 3 часть 4 часть 5 часть 6 часть 7 часть 8 часть 9 часть 10 часть 11 часть 12 часть 13 часть 14 часть 15 часть 16 часть 17 часть 18 часть 19 часть 20 часть 21 часть 22 часть 23 часть 24 часть 25

Еще больше фото и видео - по хэштегу #электричкаКП на страницах "КП" ВКонтакте, в Фейсбуке, Одноклассниках, Твиттере.

ИНТЕРАКТИВНАЯ КАРТА ПУТЕШЕСТВИЯ

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «На электричках до Владивостока»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также