Наука

Почему мы помним то, чего не было: Человеческая память гораздо сложнее компьютерной и ее объемы до сих пор неизвестны

Доктор психологических наук Мария Фаликман объяснила, почему мы помним, и почему забываем. И как вообще работает память
Человеческая память сложнее компьютерной.

Человеческая память сложнее компьютерной.

Фото: Shutterstock

Начало. Продолжение Часть 2

Память – один из главных ресурсов человеческой личности. Мы пользуемся ей ежесекундно. Проснувшись, сразу же начинаем вспоминать, где находимся, куда положили мобильный телефон, какие у нас намечены дела, что надо сделать в первую очередь. И так в течение всего дня до самого последнего мгновения, когда сон сомкнет наши веки. Но хорошо ли мы представляем, как устроена и работает память? Что можно сделать, чтобы ее сохранить, а то и улучшить, чтобы «чертоги памяти» приходили на помощь безукоризненно? Как предотвратить возрастные разрушения? Именно об этом kp.ru поговорила с известным ученым, доктором психологических наук, профессором, руководителем департамента психологии Высшей школы экономики Марией Фаликман.

Руководитель департамента психологии Высшей школы экономики Мария Фаликман.

Руководитель департамента психологии Высшей школы экономики Мария Фаликман.

Собственные сандалии и столица Уругвая ищутся в архивах по-разному

- Мария Вячеславовна, давайте начнем с общих вопросов. Что такое память и как она устроена?

- Самое общее научное определение памяти – это способность системы изменяться и сохранять следы изменений. Но это относится к очень широкому ряду явлений: например, к металлам с памятью. Если же мы возьмем отдельного человека, то его память лучше охарактеризовать через конкретные процессы. Это запечатление (кодирование) информации, ее сохранение в течение определенного времени, извлечение, а также процесс забывания.

- Нередко память человека сравнивают с компьютерной, где информация хранится в ячейках и извлекается процессором. Насколько эта модель похожа на реальность?

- В 50-х годах прошлого века память примерно так и пытались трактовать. Именно тогда и в психологии прочно закрепилось сохранившееся до наших дней разделение памяти на оперативную (рабочую) и долговременную. Но во всем остальном эта модель уже не актуальна. С точки зрения сегодняшних ученых, память основывается на способности мозга выстраивать связи между нейронами. Где-то эти связи сильнее, где-то слабее, но в результате получается определённая нейронная сеть, которая содержит в себе след того или иного события, то есть его кодирует. И в отличие от компьютерной памяти мы можем давать адресацию не по конкретному адресу ячейки, где хранится информация, а по какому-то содержанию или свойству.

Например, из компьютерной базы данных вы можете извлечь информацию о каком-то своем знакомом: рост, вес, цвет волос, место работы и так далее. Но такая модель не описывает, например, как мы припоминанием всех своих знакомых с короткой стрижкой или тех, кто учился на инженера. Ведь эта информация оказывается разбросанной по большому количеству различных ячеек. Хотя вопрос совсем простой и мы всегда на него легко ответим. Поэтому сегодня ученые считают, что память – это активация определённой сети нейронов или ее фрагмента, которая кодирует те или иные наши знания.

- Когда мы пытаемся что-то вспомнить, что при этом происходит?

- Это зависит от того, что именно мы вспоминаем. Мы можем пытаться вспомнить столицу Уругвая, а можем - какие у нас были сандалики, когда мы пошли в первый класс. И такие воспоминания будут отличаться принципиально. У человека, судя по всему, подсистемы памяти, которые кодируют общие знания и индивидуальные, автобиографическая воспоминания работают принципиально по-разному. В первом случае мы организуем поиск по сети, где у нас хранятся столицы стран, в другом случае начинаем поиск вдоль оси времени и возвращаемся к определённому событию, которое с нами происходило тогда-то, и как будто заново его переживаем. Так что будут активироваться самые разные сети нейронов, и психологически это тоже будет устроено очень по разному.

В отличие от компьютерной памяти мы можем давать адресацию не по конкретному адресу ячейки, где хранится информация, а по какому-то содержанию или свойству.

В отличие от компьютерной памяти мы можем давать адресацию не по конкретному адресу ячейки, где хранится информация, а по какому-то содержанию или свойству.

Фото: Shutterstock

Вспомнить всё? Зачем это нужно!

- Как вы относитесь к идее, якобы мы помним всё, что хоть раз увидели или услышали?

- Сейчас гипотеза тотальной памяти в моде. Дело в том, что мы не можем доказать обратное. То есть, если сейчас я не могу вспомнить столицу Уругвая, это не значит, что я ее не знаю, никогда не видела на карте и не смогу вспомнить при определённых условиях. Другое дело, что с эволюционной точки зрения непонятно, зачем нам хранить много одинаковых, повторяющихся событий. Если, например, мы каждый день завтракаем и всегда это происходит примерно одинаково, зачем нам хранить все эти воспоминания. Возможно, они накладываются и как-то интерферируют, и поэтому у нас нет возможности отделить их друг от друга. Но что касается каких-то уникальных событий, мы не можем достоверно доказать, что если у нас не получается что-то припомнить, то этой информации в нашей памяти нет. Возможно, к ней в данный момент нет доступа.

- Память тоже бывает разной. Например, на слова, звуки, цифры, образы и так далее. В каждом из видов памяти срабатывает один и тот же или разные механизмы?

- В каждом из видов памяти есть общие механизмы, касающиеся функционирования нейронных сетей мозга, и есть специфические, связанные с конкретным подвидом памяти. Поскольку все они отражают разные этапы эволюционного развития памяти. Например двигательная память есть уже у инфузории-туфельки, которая способна запоминать траекторию, по которой она плавала. А память смысловая, память-рассказ появляется только у человека. На каждой эволюционной ступеньке появляются новые, специфические для этого вида памяти механизмы и закономерности, свои особенности использования информации из памяти и доступа к ней. Например, человек, страдающий нарушением памяти, может не узнавать своего знакомого, но помнить связанные с ним приятные или неприятные эмоциональные переживания, что отразится в его поведении.

Образная память есть только у человека. Фото: unsplash.com

Образная память есть только у человека. Фото: unsplash.com

Почему врут мемуары

- Почему когда через много лет вспоминаем об одном и том же, воспоминания людей так отличаются?

- Дело в том, что любое воспоминание не извлекается, а конструируется. Было знаменитое исследование психолога Ульрика Найссера, который на следующий день после взрыва «Челленджера» в США собрал воспоминания нескольких десятков людей о том, что они делали в момент взрыва. А через два с половиной года он опросил их же еще раз. И обнаружил только порядка 40% совпадений с предыдущими воспоминаниями, а у некоторых эти воспоминания расходились полностью.

Психологи считают, что, какое бы вспоминание мы не взяли, оно выстраивается на основе неких «пакетов» представлений о том, как это событие могло бы происходить и деталей, которые мы, возможно, действительно ухватили в то время, когда оно происходило. То есть, когда вы начинаете рассказывать о чем угодно, хоть о том как на прошлой неделе вы смотрели какую-то новостную программу, ваше воспоминание будет строиться на основе того, что обычно бывает в новостных программах, плюс куда-то вас приведет структура языка и форма высказывания на основании каких-то деталей, которые действительно были в реальности, когда вы эту новостную программу смотрели.

В результате получится некая целостная конструкция, которая и будет вам казаться вашим воспоминанием. И более того, она перезапишет то, что вы помнили про это событие раньше. Это было показано в нейробиологических исследованиях на мышках, что каждое воспоминание - перезапись предыдущего воспоминания. Получается, что вы помните не исходное событие, а ваше предыдущее воспоминание об этом событии. Потом вы опять вспоминаете и снова перезаписываете то , что вы об этом помнили. И в итоге получается, что вы помните такую общекультурную схему с определённым количеством деталей, которые у вас размещены в некоторых точках развития этого сюжета, а в других местах помещена информация по умолчанию. Например, любой человек скажет, что он пошел в первый класс с букетом, хотя некоторые могли пойти туда и без букета , но поскольку у нас принято ходить в школу 1 сентября с цветами, то он и будет рассказывать и, самое главное, в это верить.

- Получается, что наши воспоминания – это какие-то конструкты, которые рождаются в процессе импровизации?

- Да, именно так. И это очень активно изучалось британским психологом Бартлеттом, который за свои заслуги в области психологии получил рыцарское звание. Он, используя метод испорченного телефона, изучал, как люди передают какие-то непростые, насыщенные подробностями истории. Он экспериментировал с индейскими легендами , которые рассказывались от одного к другому участнику опыта, и смотрел, что из нее получается после пяти-шести пересказов. И как один и тот же человек рассказывает эту же легенду через неделю, месяц, год. И остается как раз вот эта схема, какие-то культурно-специфические детали осыпаются, возникшие несостыковки выправляются, получается какая-то вполне связанная история, которая не очень похожа на исходную. Но зато исходную историю по ней восстановить возможно, вы узнаете эту легенду в ней, хотя многое там будет и не так. И вот именно Бартлетт первым заявил, что память – это процесс конструирования, это не просто механическое воспроизведение информации. Это каждый раз перестраивание и выстраивание конкретного воспоминания.

- Вот почему появляются коллективные воспоминания о событиях и явлениях, которых никогда не было? Как знаменитое прощание Ельцина, например «Я устал, я ухожу» - которого, на самом деле не было…

- Совершенно верно. Но самое страшное, когда такие «воспоминания» появляются в свидетельских показаниях. И это одна из самых важных прикладных областей исследований памяти. Там, где общество вынуждено опираться на воспоминания отдельно взятых людей, а мы знаем, насколько они могут быть неточны, сконструированы и как сильно могут отклоняться от того что было на самом деле.

Компьютерной памяти далеко до человеческой. Фото: unsplash.com

Компьютерной памяти далеко до человеческой. Фото: unsplash.com

Есть ли границы у этих чертогов?

- Чем мужская память отличается от женской?

- Различий нет.

- Память правополушарных мужчин и левополушарных женщин устроена одинаково?

- Это легенда про правополушарных мужчин и левополушарных женщин!

- Правда ли, что большинство людей пользуются памятью от силы на 40%?

- Это тоже миф, потому что процентное соотношение измерить невозможно. Мозг работает весь и всегда, но в каждый конкретной задачи задействуются те или иные структуры, те или иные сети нейронов. Однако сколько бы вам процентов ни назвали, измерить это невозможно.

- Но не полностью?

- Никто не знает , что такое полностью и что такое не полностью. Поэтому любой нейробиолог вам скажет, что это самый главный нейробиологический миф, и на портале Постнаука на эту тему даже отдельный текст есть.

- Память любого компьютера ограничена количеством ячеек, а память человека ограничена или возможно ее постоянно развивать и увеличивать?

- Пока никто никаких границ не видел. Другое дело, что вы едва ли найдете человека, который поставит себе цель запомнить содержание всей Российской государственной библиотеки, чтобы измерить объем своей памяти, и убьет на это всю жизнь. Действительно ограничена наша рабочая память: по экспериментальным данным, она может удерживать около четырех не связанных друг с другом единиц информации.

Феноменальная память — это наказание

- Сам собой мне сейчас вспомнился персонаж из «Заповедника», который обладал удивительной способностью запоминать на лету целые книги.

- Это называется фотографическая память. По всей видимости, она представляет собой детский рудимент. У детей часто наблюдается эйдетическая память, когда они запоминают целиком всю картинку, которую только что видели, но далеко не всегда могут об этом рассказать, поскольку уровень развития речи у них еще недостаточен.

Некоторые люди эту способность сохраняют и во взрослом возрасте. Но тут есть опасность, что такая память поглотит всю их личность. Вот тот случай, который описывает Довлатов, когда его герой обладал уникальной памятью, но был абсолютно безвольным и даже не мог собраться и написать простейшую курсовую, в чем-то воспроизводит самый известный в мировой науке случай такой всепоглощающей памяти.

Его описал российский ученый Александр Лурия в книге «Маленькая книжка о большой памяти». Там он изложил результаты 15-летних исследований человека по фамилии Шерешевский, который такой уникальной памятью обладал, но его жизнь на протяжении этих 15 лет наблюдений рушилась, потому что он не мог избавиться от лишнего. Он работал эстрадным артистом-мнемонистом, демонстрируя свою уникальную память публике, но у него не получалось забывать то, что он учил на эстраде. Он путался в своих собственных воспоминаниях и чужих историях, он не мог различать, где кончалась реальность его жизни и начиналось то, о чем он мечтал или фантазировал. Происходившее с ним на самом деле в его голове смешивалось с альтернативными вариантами развития событий, о которых он думал. Так что, его не выручила эта уникальная способность запоминать без ограничения. Почти как и героя Довлатова.

Читайте во второй части: как учить иностранный язык, чтобы новые слова не улетали в пустоту, как интернет меняет свойства нашей памяти и самооценку, а также о способах притормозить возрастное разрушение нейронных связей в мозге.