Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+18°
Boom metrics
Политика1 августа 2022 4:00

Герой ЛНР «Мирон»: Деды не добили, значит мы добьем «немцев»

Военкор KP.RU Александр Коц поговорил с бойцами, которые бьются на рубеже Северск-Артемовск
Сейчас разведчики «Мирона» бьются на рубеже Северск-Артемовск

Сейчас разведчики «Мирона» бьются на рубеже Северск-Артемовск

Фото: Александр КОЦ

О нем говорили как о самом лихом разведчике 2 армейского корпуса ЛНР. Первым – и в огонь, и в воду, всегда в авангарде, со своими бойцами. Ранения, контузии… Хотя как командир разведроты 7 бригады мог бы руководить подразделением на расстоянии. Воображение рисовало разбитного сорви-голову, увешанного оружием. И когда меня встретил скромный интеллигентный офицер, я не сразу понял, что это и есть легендарный «Мирон», Герой Луганской народной республики. Высшего звания он был удостоен после взятия Рубежного, где его рота понесла первые за 8 лет потери – семь человек.

Сейчас разведчики «Мирона» бьются на рубеже Северск-Артемовск, и, по признанию командира, с каждым этапом противостояния приходится осваивать новую тактику.

- Мы привыкли к городским условиям в боях, а тут много открытого пространства.

Фото: Александр КОЦ

У противника пункты управления в подвалах, а сверху камеры стоят. Мы сначала не понимали, откуда он нас «рисует». Потом это все выявили и начали точечными ударами уничтожать.

- Село Берестовое вы взяли как-то нахрапом.

- Скорее хитростью. Просто вычислили их расписание и поняли, что в 4 утра они воевать не привыкли. Отработали артой, повесили дымовую завесу и на шести БМП ворвались в населенный пункт, развернулись, расширили фланги, начали зачистку. В течение дня завели резервные группы, усилили танками, БМП и до вечера текущего дня освободили село.

Мы сидим на наблюдательном пункте и на экране смартфона смотрим картинку с беспилотника. То самое Берестовое, где закрепились бойцы «Мирона», утюжат вражеской артиллерией. Сначала – ствольной, затем – реактивной. Противник не жалеет боезапаса, «Грады» поливают пакетами. Вертолеты с кабрирования запускают неуправляемые ракеты, все село в дыму. Кажется, там не может остаться ничего живого. Но по бодрым докладам оттуда потерь не зафиксировано. Бойцы укрываются в подвалах и одиночных окопах. Это такая яма метр на метр и полтора метра в глубину. Накануне я сидел в таком, пережидая минометный обстрел во время эвакуации украинского танка из «серой зоны». Так себе «развлечение».

Фото: Александр КОЦ

Согласитесь, в военной сводке фраза «заняли населенный пункт и удерживают позиции» звучит не так увлекательно. За ним – долгие часы тяжелейшей военной работы, которую делает не элитный спецназ, а обычные русские мужики. Как «Бублик» - Серега из первого батальона 7 бригады. До войны – шахтер. В свои 47 выглядит намного старше. Возможно, из-за густой седой бороды. Боец непосредственно прямой и задорно откровенный. Тот случай, когда короткое интервью на бегу на «передке» говорит о людях, воюющих здесь, больше, чем часовые беседы в тылу.

- Злые, кусаются, но все равно мы им навешаем, - искренне улыбается, говоря о противнике, «Бублик».

- А чем навешаем?

- Волей к победе.

- Сам откуда родом?

- С Красного Луча.

- То есть совсем родные места.

«Бублик» - Серега из первого батальона 7 бригады. До войны – шахтер.

«Бублик» - Серега из первого батальона 7 бригады. До войны – шахтер.

Фото: Александр КОЦ

- Конечно. Донбасс, он весь мой. По гражданской жизни я шахтер. Ну, кто мы тут, по большому счету? Шахтеры все да колхозники. Ну, обычный народ.

- Что, победим?

- Да куда мы, на хрен, денемся? А зачем тогда было затевать это все? Конечно, много лишней крови намешано в этом всем, но без нее никак тоже, война есть война, как бы это ни было. Главное – вера, стремление.

- А откуда у тебя вера? Где черпаешь ее?

- Да как где? Деды мои тоже когда-то воевали, и тоже сначала получали, но верили, что победят. И победили. Я-то их потомок. Я же не просто так попукать, пострелять, а как бы… Не надо топтать мою землю, которая отчасти и мне принадлежит, людей убивать, детей по подвалам ныкать. Как они говорили? «Мои дети будут в школу ходить, а ваши будут в подвалах сидеть». Мне не нравится это, что мои дети сидят в подвалах. Я тоже хочу, чтобы они ходили в лес по грибы, по ягоды, не боялись, что где-то на мину наскочатили еще что-нибудь, а ходили смело, как я в детстве ходил, беззаботно и не обращая внимания на какие-нибудь нескладухи или еще что-то. А сейчас дети, по большому счету, вольно ходить боятся, потому что можно где-то нарваться, где-то попасть. А надо, чтобы такого не было. Надо, чтобы было так, как у меня в детстве: проснулся, умылся и пошел на пруд искупаться или зимой с горки на санках покататься, на лыжах.

Фото: Александр КОЦ

- Медаль «За отвагу» за что получил?

- Да не знаю, как сказать. За отвагу, может быть. Я по натуре чуть-чуть безбашенный, не боялся куда-то идти, задание какое-то выполнять. Наверное, за это.

Максим в прошлом – ветеринар. Работал на мясокомбинате, птицефабриках. В 2014 году пошел помогать раненым, стал военно-полевым хирургом, дослужился до начальника медслужбы подразделения. Смотрит на «Бублика» не без уважения.

- Удивительные у нас люди, - говорит. - Есть такие, что у него нога отлетела, висит на коже, а он говорит: «Нормально все. А можно попить, покурить?» Стойкие пацаны. Другого в общей куче к нам привезли, а он говорит: «Да на фиг вы меня сюда притащили, перебинтуйте, обезбольте, я пошел обратно». Таких много, и они в первую очередь покидают наши ряды безвозвратно. Есть ребята, которые по три раза были уже ранены, возвращаются и опять получают травмы, более серьезные уже. Не успел восстановиться, бросает лечение, не долечившись, возвращается. Таких ребят надо как-то отмечать.

«Мирон» тем временем принимает доклады с позиций. Воевать он пошел в 19 лет, сразу после «срочки». Начинал в легендарном «Призраке» Алексея Мозгового как раз в Лисичанске. Говорит, местных бойцов было много, поэтому ломать врага было проще. О своей мотивации говорит просто:

- Я хочу, чтобы мои дети ходили в школу, учили русский язык. Мы всю жизнь прожили в русскоязычной среде. У меня отец русский, мама русская. И мы хотим нормального мира и нормального будущего для наших семей. Не мы пришли к ним, а они к нам. Мы сейчас стоим за свои дома. Мы терпели 8 лет, но мы устали терпеть. Теперь мы их будем гнать до последнего, пока не скажут «стоп» нам.

- Как думаешь, где надо сказать «стоп»?

- Как это где? В Киеве. Нам надо до самого Киева дойти, до самого верха. Потому что все оттуда пошло. Деды наши воевали за что? Чтобы у нас было все хорошо, чтобы мы жили в нормальном государстве, нормальной стране. А получилось так, что деды наши не добили, добьем мы, значит, «немцев».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Жестокий конец батальона «Азов»: как Киев карает за правду о своих военных преступлениях

Наш военкор об ударе ВСУ по колонии в Еленовке, в результате которого погибли 53 «узника «Азовстали» (подробнее)

Как ЧВК Вагнера в Донбассе вскрыли крепость нацистов в Углегорской ТЭС: Взяли духом и военной наукой

Спецкор kp.ru Александр Коц рассказал, как ЧВК Вагнера в Донбассе штурмовали наблюдательный пункт нацистов на Углегорской ТЭС (подробнее)