Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-4°
Boom metrics
В мире
Эксклюзив kp.rukp.ru
24 сентября 2023 16:37

"В Карабахе нет связи, голод. Люди прячутся за миротворцами": Что происходит на границе Лачинского коридора

Обозреватель Ворсобин: оставшиеся в Карабахе люди живут без еды и связи
Специальный корреспондент Владимир Ворсобин отправился на границу с Нагорным Карабахом.

Специальный корреспондент Владимир Ворсобин отправился на границу с Нагорным Карабахом.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Грустный конформист Ереван невыносим – в нем чуть протеста, чуть грусти, чуть расслабленности и гора комфорта – размером с Арарат.

Меня же тянуло в горы. К мученику-Карабаху. Так спешат к умирающему, проститься – пока он еще жив…

Фото: Владимир ВОРСОБИН

30 ЛЕТ ВОЙНЫ - ОКАЗАЛИСЬ ЗРЯ

Рванул я горы на удачу, без шансов перебраться через наглухо запечатанный обеими сторонами лачинский коридор. В приграничный город Горис, где – как я думал – наверняка, сейчас толпятся беженцы…

Об этом мне говорили в Ереване. Но, черт возьми – что вообще знает этот Ереван!

На заправке золотозубый хозяин покачал головой:

- Никого не выпускают оттуда. Только Красный крест…

- Что слышно о Карабахе? – спросил я на прощанье. Машинально спросил, рассеянно…

Армянин вдруг дико посмотрел на меня. И воскликнул что-то на своем.

- Если вы журналист – прорвитесь туда, - попросил он. - Это видеть надо! У вас в России никто же не верит…

И хмурясь, махнул рукой – мол, сам поймешь…

По дороге попадались туристы. Хорошие ребята… Русские. Китайцы. Сидят в ресторанчиках, которых даже в этой глуши много, смеются, фотографируют горы…

Их отрешенность завораживала.

Они словно пришельцы из будущего, счастливо не знающие, что творится за этими горами.

А действительно, думал я, кто знает, может наши потомки будут удивляться учебникам мировой истории. И спрашивать – вот зачем?! И хотя бы в 22 веке они обуздают первобытные инстинкты – «убей!», «мое!», достигнув наконец-то мудрости. Как эти туристы, которые с чашечкой кофе любуются тем, что всем нам, непутевым, подарил Бог…

Эйфелева башня украшает центр Гориса.

Эйфелева башня украшает центр Гориса.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Древний Горис. Почему-то с Эйфелевой башней посредине.

Рядом, у мэрии, упрямо развевается флаг Арцаха.

Город пуст. Подъезжает полиция.

- Из России? – спросил хмурый полицейский, и при ответе помрачнел еще больше, и начал рыться в моем телефоне. Зато напарник – добродушно пожелал мне удачи: «Извини, брат».

Брат… Кольнуло. Тонкие нынче времена…

Тетушка идет на встречу, машинально улыбается – из России? И вдруг словно что-то вспоминает, и пытается уйти. Но я навязываюсь.

- Вчера был День Независимости, - говорит. - Но никто не праздновал. Потому что… (заблестели слезы) Вот за что столько парней погибло?! – с гневом воскликнула она.

Молчу. И она понимающе кивает – иностранец, какое мое дело.

- Люди плачут, – почти стонет она. - Мы же рядом. Родственники, знакомые… И главное обидно, что получается, 30 лет войны, и эти лозунги, и все что мы строили – все бесполезно?! А могилы…

Она не договорила, и кинулась от меня – почти бегом.

У мэрии, упрямо развевается флаг Арцаха.

У мэрии, упрямо развевается флаг Арцаха.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

ОЧАРОВАННЫЕ ДЕДУШКИ И ИХ НЕСЧАСТНЫЙ ПАШИНЯН

Горис – не для туристов. Места, вроде бы и дикие, но деньги здесь, похоже, водятся. Куда ни глянь – стройка.

С чем согласились два бойких пенсионера (они о чем-то бурно спорили на лавочке, но появление русского их заинтересовало).

Они заявили, что жизнь в Армении стала богаче. Мол, раньше мужики в Россию уезжали, а теперь – смысла нет.

- Зарплаты наши стали такими же, как в России - 500 долларов (на самом деле, по данным Росстата, средняя зарплата в РФ - 800. Ред.). И пенсии как у вас – 100-150 долларов (на самом деле - $200, - Ред.), - доложили мне деды. - Зачем же тогда ехать из родного дома? У нас ищут рабочих за 25 долларов в день, и найти не могут.

И смотрят хитро. Мол, мы, армяне, теперь от России не так зависимы.

А я, думаю – куда-то эти хоттабычи клонят?

- А вы, - спрашивают меня деды, - и в самом деле правду хотите написать?

- Мечтаю, - начинаю раздражаться я.

- Так вот! О Карабахе! – сказали они хором…

На улицах Гориса безлюдно.

На улицах Гориса безлюдно.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Фото: Владимир ВОРСОБИН

И тут началось обычная для раненой Армении свистопляска – рассказ о несчастном Пашиняне, который выкручивается, как может…

Деды явно давно хотели многое сказать в лицо Москвы и радостно пользовались случаем - им попалось мое лицо…

Сражаться с аксакалами я не стал. Российский опыт. Если, к примеру, где-нибудь под Смоленском зарубиться у подъезда с бабушками о геополитике, ты будешь обязательно во всех смыслах бит. Потому что нельзя вот так просто взять и победить телевизор.

А в армянском телеящике с ролью пропагандиста отлично справляется сам Пашинян! Он только что, например, заявил: «Каждый гражданин нашей страны должен для себя выбрать - он сторонник независимости или сторонник того, чтобы стать отдаленной губернией».

Намек прозрачный. Российской, то есть.

И судя по очарованным дедушкам, тут выбор ясен…

Фото: Владимир ВОРСОБИН

На некоторых улицах идет стройка.

На некоторых улицах идет стройка.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

В СТЕПАНАКЕРТЕ ЛЮДИ ОСТАНУТСЯ, ЕСЛИ РУССКИЕ ЗАЩИТЯТ

В здании драмтеатра скоро откроется центр для регистрации беженцев из Нагорного Карабаха… Сюда привезут волонтеров, развернется лагерь...

Беженцев в Горис называют обычно «заложники». Тут почти у каждого – или родственник или знакомый, там – за КПП. И стоят люди на улицах, по три-четыре человека, и у всех телефоны в руках. И кричат в телефонах – и ереванские улицы, и Пашинян, и прорвавшиеся из Карабаха женщины…

Я вспомнил слова хозяина бензозаправки «У вас в России никто не поверит», когда познакомился в Горисе с Еленой (имя изменено) – мертвенно бледной женщиной лет 40, оставившую в Карабахе свою семью. Ей чудом удалось вырваться, но она не говорит как.

«Мы все там живем на улице, - рассказывает она. - Часть рядом с российскими миротворцами, остальные по погребам и подвалам. Нет электричества, связи. Голод. Очень мало продуктов. И очень много пропавших без вести. Сейчас люди ищут друг друга! Это такое горе – не знать, где находится родной человек, жив ли он (плачет) Когда начался обстрел, в школе шли уроки, все разбежались – кто куда. Некоторые села вообще как будто исчезли – с ними нет никакой связи. У людей нет никакого доверия никому!

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Вечный Горис мрачнел. Садилось солнце. И хотелось остановить закат, придумать какую-нибудь надежду.

- Кто-то останется в Карабахе? – спросил я.

Елена покачала головой.

- Кто-то на это надеется, - сказала она, - В села точно никого не останется – там очень опасно. Контролировать их сложно, и люди просто исчезнут. В Степанакерте – возможно. Если русские защитят.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Администрация Алиева: город Ханкенди подключили к энергосистеме Азербайджана

Обеспечение населенного пункта электричеством обсуждалось в Евлахе 21 сентября (подробнее)

Правительство Армении: из Нагорного Карабаха в республику въехали 1050 человек

410 человек захотели переехать в определенные ими места жительства (подробнее)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Все равно ведь приползем к русским»: Армении не хватило сил даже на плач по потерянному Арцаху

Как на улицах Еревана переживают национальную трагедию и почему до сих пор не растерзали главного виновника в ней — премьера Пашиняна (подробнее)

«Мы сегодня отдали Арцах. Отмучились...»: Как жители Армении отреагировали на конфликт в Нагорном Карабахе

Обозреватель Ворсобин рассказал о жизни Армении после конфликта в Карабахе (подробнее)

Пашинян с аппетитом расправляется с недовольными сдачей Карабаха. Он боится только одного

Обозреватель Ворсобин: полиция в Ереване задерживает протестующих по улицам (подробнее)

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Георгий Бовт: Армении пошло на пользу то, что она избавилась от этого чемодана без ручки под названием Карабах (подписаться)