
В 1942 году навигация на Волге началась 21 апреля. Вышел на воду и приписанный к Астрахани рефрижераторный теплоход «10 лет Комсомольской правды». Почти год шла война, но на реке еще было спокойно. Команда судна выполняла свою работу и даже бросила вызов на социалистическое соревнование коллегам с «Полины Осипенко».
Лоцманом на теплоходе служил Иван Николаевич Карсаков: с 1933 года успел побыть штурвальным, затем получил повышение.
Историей своего отца поделился Виктор Карсаков прямо накануне 100-летнего юбилея «Комсомольской правды» и 80-летия Победы в Великой Отечественной войне, после того, как наткнулся на статью, опубликованную в «Комсомолке» в 2020 году. Так небольшое расследование о сюжете картины «На Сталинградский фронт», где изображен один из последних рейсов теплохода «10 лет Комсомольской правды», получило свое продолжение.
До войны теплоход работал на маршрутах Москва – Астрахань, Горький – Астрахань. Возили в основном рыбу, мясо в трюмах, скоропортящиеся продукты. Грузы возили десятками тонн. С началом войны продолжили делать то же самое: доставляли продукты, перевозили военных, пассажиров. Работа не останавливалась ни на миг.

В середине июля 1942 года гитлеровские войска уже подошли к Волге. Немецкая авиация минировала фарватер реки акустическими, магнитными снарядами. 17 июля 1942 года началась Сталинградская битва. «10 лет Комсомольской правды» работал в районе Камышина – Сталинграда-Владимировки»: привозили снаряды и продукты, военных. Работали без сна и отдыха: разгружались, загружались и снова в путь. 30 июля 1942 года теплоход вышел из Сталинграда.

- Везли продовольствие: сыр, масло, яйца, консервы, ветчину. И людей тогда на борту было много гражданских, семьями многие ехали. Шли в районе Капустина Яра, кильватером сразу три теплохода: «10 лет КП», «Полина Осипенко» и «Чайковский». Мы шли первые. Я свою вахту уже отстоял, за штурвалом был второй штурман. В рубке еще был третий помощник капитана – девушка из Сталинграда, боцман и матрос, - вспоминал Иван Карсаков в разговорах с семьей.

Его рассказы были записаны на старые магнитофонные кассеты и теперь бережно хранятся в архиве Карсаковых.
Лоцман спустился в каюту – нужно было связывать багаж, чтобы максимально быстро вынести его с судна на конечном пункте. И тут теплоход натолкнулся на мину.
- Каюта отца находилась в передней правой части судна на нижней палубе. Когда теплоход налетел на мину, его разломило надвое и разворотило как раз носовую часть. Выжить там было практически невозможно. – рассказывает журналисту «КП» Виктор Карсаков. - Взрывной волной всех подбросило вверх. Отец, не понимал, каким чудом ему удалось, ядром пролетев сквозь верхнюю палубу, мимо бимсов (прим. - поперечных балок, поддерживающих палубу), ничего себе не сломать.

Лоцману повезло. Но выжить помогли трезвый ум и навыки. В фонтане, поднятом взрывом, он нахлебался воды, потом упал в реку. Иван задержал дыхание, сцепил зубы и сказал себе мысленно: «не вздохну пока не выплыву». Легкие горели, но он продержался до поверхности. А когда вынырнул, вокруг был мазут, огонь обломки и корма теплохода с еще работающими винтами. Раненные товарищи прямо на глазах уходили под воду.
- Отец пытался сориентироваться. Хотел помочь полковнику, который их груз сопровождал, но не смог, видимо тот сильное ранение получил, только попрощался с ним. Увидел матрас, забрался на него, чтобы дух перевести. А матрас этот как назло к работающим винтам понесло. Спрыгнул, поплыл подальше от них, сил много потратил. Хорошо, что попался мешок с мукой, потом еще один. На них и держался до того, как вытащили.

А ждать пришлось немало – минимум часа три. По рассказам лоцмана, течение относило его все дальше от берега, поэтому самостоятельно выбраться он не мог. Уже на берегу Иван Карсаков начал помогать раненным и успел сделать несколько рейсов на шлюпке.
Оказалось, что уцелели почти все, кто был на корме. Безумно рад был Иван Карсаков увидеть живым своего капитана Александра Васильевича Семикова.

Но потери были серьезные. По словам лоцмана, при подрыве теплохода «10 Лет Комсомольской правды» погибли 79 человек.
В книге «Волжско-Каспийский бассейн в 1942 — 1943 годах: обеспечение коренного перелома в войне» есть список из 12-ти погибших на пароходе членов экипажа. Остальные - сопровождающие и гражданские, семьи с детьми. Это была война на Волге…

Что стало с теплоходом после подрыва на мине доподлинно неизвестно, кроме того, что с него через какое-то время выгрузили 38 тонн продовольствия.
По словам военного эксперта, капитана 1-го ранга запаса Василия Дандыкина, с большей вероятностью после войны теплоход был поднят и разобран.

- Волга не такая глубокая, нужно было снизить риски для других судов, а, во-вторых, для стройки и восстановления нужно было много металла. Был отдан специальный приказ. Поэтому, скорее всего, теплоход «10 Лет Комсомольской правды» и после своей гибели послужил стране, - отмечает Дандыкин.
Казалось бы – обычная страница военной истории, и этот теплоход – не единственная жертва жестоких нацистов. Но не каждый стал настоящей музейной загадкой.

Картину «На Сталинградский фронт» написал художник Михаил Сидоров в эвакуации в Куйбышеве. На картине, которая хранится в художественном музее Самары (так теперь называется город), не видно названия корабля. Но поиском ответов на вопрос о названии судна озадачились еще в 2012 году самарские кинематографисты во время съемок фильма по книге журналиста и исследователя волжского судоходства Владимира Казарина «Волга в огне».

Тогда обратили внимание на детали. Сначала из-за двух летчиков на палубе подумали, что это «Чайковский». Он подорвался на мине 1 августа 1942 года, в числе погибших на нем были два десятка пилотов. Однако другие внешние признаки не совпали. Например, прямоугольных окон, как изображено на картине Сидорова, у «Чайковского» нет.
Как рассказала главный научный сотрудник музея Любовь Васильева, сейчас уже почти не осталось сомнений, что это именно тот самый теплоход. После сравнительного анализа судов, погибших летом 1942 года, пришли к выводу, что с такими окнами был только теплоход «10 лет Комсомольской правды».

– Картина «На Сталинградский фронт», выполненная в технике масляной живописи, недостаточно прописана. Заметно, что художник торопился, готовя работу к выставке. В любом случае, для нас она является подлинным историческим и мемориальным документом, свидетельством подвига речников в годы Великой Отечественной войны, – отметила Любовь Васильева.

КСТАТИ
- «Комсомолка» подарила имя не только героическому теплоходу. Еще раньше его получил рейсовый пароход «Комсомольская правда». Его фотография от 1957 года оказалась в архивах Касимовского музея заповедника. Сам пароход был построен в Нижнем Новгороде в 1894 году. 1 сентября 1957 года на Оке члены экипажа этого парохода тоже совершили подвиг. К «Комсомольской правде» была прицеплена нефтеналивная баржа «Дымка». На ней произошел сильный взрыв, из люка вырвался столб пламени, огонь мог перекинуться на стоящие рядом суда.

Как писали тогда в газетах, первыми сориентировались лаборанты парохода Виктор Авдеев и Юрий Волков, а также помощник шкипера баржи Николай Никитин.
- Рискуя жизнью, они добрались до люков, из которых вырывался огонь и нечеловеческими усилиями закрыли их. Был предотвращен доступ воздуха внутрь баржи.
- Спустя 11 лет, в 1970 году, на воду был спущен еще один теплоход под именем «Комсомольская правда». Он вышел с завода им. Жданова и был приписан в Мариуполе. Про него уже писала сама «Комсомолка».
Сейчас же по морским просторам Дальнего Востока ходит буксир, названный в честь легендарного редактора «Комсомольской правды» Владимира Сунгоркина.
И раз называть суда в честь «Комсомолки» стало уже доброй традицией, возможно в скором времени мы взойдем на борт теплохода или лайнера с гордым именем «100 лет Комсомольской правды».
Читайте также:
О чем писала «Комсомолка» в этот день - 12 мая: Кавалерист-девица Антонина и юбилей Вознесенского