
Фото: Алексей БУЛАТОВ.
Украина пытается возобновить удары по российским НПЗ. В Киеве явно хотят спровоцировать новую волну топливного кризиса. Выходит плохо.
На Радио «Комсомольская Правда» говорим с главным редактором журнала «Нефть и Капитал» Владимиром Бобылевым.
- Стоит ли ждать новых проблем с топливом?
- Третьей волны кризиса ожидать не стоит. Для этого есть ряд причин. Да, все лето ВСУ слали дроны на российские НПЗ. Но наше правительство, Минэнерго и регуляторы использовали различные способы, чтобы топливный кризис обуздать.
- Справились?
- В целом, осенью ситуация оказалась под контролем. Больших очередей на заправках уже не видим. И стоимость топлива растет не так быстро, как раньше.
- Коллапса нет, есть периодически нехватка разных видов топлива где-то — это появляется и утихает?
- Можно и так характеризовать. Главное, такой сложной ситуации, как летом, уже нет. Да, были введены ограничения на отпуск топлива в одни руки в ряде регионов. Это связано, прежде всего, с тем, что нужно не допустить ажиотажа, как летом, потому такая превентивная мера принята.
- Что касается общей ситуации?
- Топливо везде есть, очередей, как летом, уже нет. Тут тоже ряд причин. Осенью падает спрос на топливо. Заканчивается сезон отпусков, дачников, народ меньше ездит. Заканчиваются основные сельхозработы. Топлива стране требуется меньше. Объемов, которые производят российские НПЗ, в принципе, хватает, чтобы закрыть потребление на внутреннем рынке.

Фото: REUTERS.
- Были извлечены уроки из произошедшего летом?
- Да, НПЗ стали эффективнее обороняться. Производство стало более энергичным. Часть плановых ремонтов отнесена на более поздние сроки. Правительство формирует запасы топлива и смотрит на ситуацию в ручном режиме. Там, где хуже, туда направляются основные силы.
- А закупки топлива за рубежом?
- Из него сделаны запасы «на всякий случай». Меры работают. Ситуация более спокойная, чем это было в июне, июле или августе.
- А как нам удалось добиться того, что ВСУ бьют и бьют - а коллапса нет, за счет чего?
- Это долгая системная работа. Наши военные следят за маршрутами БПЛА и укрепляют оборону на путях следования дронов. Они сбиваются не только прямо перед заводами, а на всем протяжении пути их следования. Мобильные огневые группы работают эффективно. Наши заводы - они все обтянуты сетками, там поставлены другие защитные сооружения. То есть - летят интенсивно, а попадают меньше. И на НПЗ понимают уже, куда стараются бить дроны, и стараются накапливать набор необходимых запчастей для более быстрых ремонтов. Поэтому и восстановление происходит быстрее, чем раньше.
- Кому стоит сказать спасибо?
- Думаю, нужно сказать добрые слова и главе Минэнерго Сергею Цивилеву, и вице-премьеру Александру Новаку, который возглавляет штаб, управляет ситуацией на топливном рынке. Летом они заседали чуть ли не в круглосуточном режиме.
- Помогло?
- Они постоянно получали информацию о том, где и что происходит, управляя процессами, перекидывая топливо туда, где кризис наиболее острый, формируя запасы и отслеживая эту ситуацию так, чтобы можно было оперативно управлять запасами топлива. Поэтому - и Минэнерго, и правительство, и штаб под руководством вице-премьера сделали очень много для того, чтобы ситуация стала более спокойной.
- Летом ходили разговоры о том, что у нас много огромных НПЗ, а нужно много маленьких частных заводов. Есть ли в этом смысл?
- Если смотреть на это с экспертной точки зрения, завод, даже с приставкой «мини» - это все равно огромная площадь, заставленная различными, сложными и дорогими установками. Если даже прямо сейчас взяться за эту диверсификацию, постараться создать много маленьких заводиков, на это потребуется от 3 до 5 лет. А количество миллиардов, которые придется потратить, подсчитать трудно.
- То есть, мы работаем с тем, что есть?
- Оперативно построить, скажем, на Дальнем Востоке большой НПЗ - технически и финансово невозможно. Кто готов взять на себя такие колоссальные инвестиции? И, как мы видим, непросто компаниям сейчас выруливать эту ситуацию - они несут немалые затраты по восстановлению производства. И сейчас отвлечь еще большие средства, особенно в условиях санкций и давления на российскую нефтегазовую отрасль, для того, чтобы построить где-то огромный НПЗ, это и технически сложно, и страшно дорого.
- И небыстро?
- Займет много времени. Но понадобятся ли эти заводы через 5 лет, когда ситуация изменится? И будет печально, если возникнет такой затратный долгострой, который, в итоге, никому окажется не нужен.
- Почему мы бьем по украинским заправкам, нефте- и газохранилищам, а топливного кризиса в незалежной нет?
- Смотря что понимать под топливным кризисом. Нефтеперерабатывающие мощности там практически все уничтожены. При том на Украине было много НПЗ, построенных в советские времена. Сегодня фактически остались только какие-то установки, которые могут осуществлять смешение бензина, первичную переработку - не более того. Сейчас большую часть своего топлива, да, практически, все Украина получает из-за рубежа.
- Активнее всего кто им помогает топливом?
- Румыния и Венгрия. Поставки осуществляются из Турции, из Азербайджана. Но цены на топливо растут по всему миру, и никто не собирается поставлять Украине топливо задешево. Потому цены там значительно выше, чем у нас. И перспектив к тому, чтобы они упали, нет. В основном снабжается армия, а население покупает топливо по ценам, которые значительно превышают наш эквивалент в 100-120 рублей.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
700 кг взрывчатки и катера-камикадзе: ФСБ предотвратила теракт на Каспии
ВСУ атаковали Крымский мост второй раз за сутки: Что известно