
Фото: Артем КИЛЬКИН. Перейти в Фотобанк КП
С конца 2000-х годов в нашей стране затормозилось развитие. Старая модель экономики, основанная на продаже нефти и газа, все еще работает. Но ее давно пора сдать в утиль или хотя бы отставить на второй план. Не получается. Почему так происходит и как перевести экономику на новые рельсы? Об этом глава Счетной палаты Алексей Кудрин рассказал в интервью РБК. «Комсомолка» приводит самые интересные цитаты.
«Если мы платим налоги, надо интересоваться, куда они пошли, интересоваться их эффективностью. Мы предоставляем эти инструменты налогоплательщикам, нашим гражданам. Мы, по сути, тот орган, который помогает посмотреть на власть с независимой точки зрения. Мы не просто пытаемся схватить за руку из-за неправильного расходования средств, а хотим заранее назвать системные проблемы, перестроить систему, чтобы она работала эффективнее».
«Так уж получилось, что мы как-то и географически расположены посередине, и выбираем какой-то средний путь. Главное препятствие для нас — то, что мы из Советского Союза, из той самой экономики с госпланами, госценами, госсобственностью, с низкими предпринимательскими навыками. Нам нужно создавать больше рынков, больше вот этой свободы предпринимательства. А мы все время где-то на полпути к этому, никак не можем свою модель до конца достроить. Если в 2000-е годы мы больше шли к развитию рынка, созданию целого ряда институтов — от собственности до банкротства, то сейчас у нас разгосударствление экономики затормозилось, роль государства увеличивается. После 2000-х годов многие экономисты говорили, что нам нужно перейти от экономики спроса к инвестиционной модели. Этого перехода так и не получилось. Мы эксплуатируем старую модель экономики, которая себя уже изжила и не даст нужного результата. Экономика в общем не создает каких-то прорывных качеств, новых товаров».
«Мы должны стать более конкурентоспособными. Экспорт для российской экономики — это бесконечная Вселенная. «Экономика спроса» ограничена внутренним потреблением, подпиткой нефтью — это старая модель. Если мы становимся более конкурентоспособными, прорываемся на внешний рынок, то этот спрос становится бесконечным. Нужно, чтобы у нас были те товары, которые вдруг захотели бы купить во всех странах, как iPhone. Мы должны что-то для мира создать. Тогда экономический рост теоретически может быть и 5%, и выше».
Но вообще экспорт — это не только конкурентоспособная продукция. Это и логистика: транспорт должен быть дешевле, и платформенные решения по доставке товаров, это и компетенция самих компаний или специализированных фирм по продвижению, это «зеленая» дорога. Даже если вы хорошую продукцию производите, это целая индустрия — как куда-то добраться. В этом смысле, чтобы нам удвоить экспорт, количество компаний-экспортеров должно утроиться, учетвериться. И мы должны сказать им: ребята, вот вам бонусы за это, или вот вам дешевый транспорт, или еще что-то».
«В прошлом году бедность составила 12,1%, или более 17 млн человек. Большая часть — это семьи с детьми. Государство пошло по интересному пути, и я полностью поддерживаю то, что было президентом сказано по адресным выплатам семьям с детьми от трех до семи лет в расчете на ребенка. Это прообраз того, как можно двигаться дальше и по более высоким возрастам. Но самое важное — что это абсолютно разумные и посильные для государства цифры, это, по сути, несколько сот миллиардов рублей, которые позволили бы снизить уровень бедности примерно в два раза. С учетом многофакторной модели нуждаемости, которая подразумевает, что если у тебя есть вторая квартира или вторая машина («имущественная обеспеченность»), то ты ограничен в получении социальной выплаты. С учетом этого ограничения мы сразу идем на снижение бедности более чем вдвое. Правительство на самом деле работает над этой историей».
«Общими словами скажу: я скорее сдержанно отношусь к новым налогам, особенно если это несколько позиций, которые сами по себе не такие уж емкие. Все-таки правительство обещало в какой-то момент не трогать налоги в течение шести лет. И мы, пожалуй, не находимся в столь критической ситуации, чтобы нарушать это обещание».