Ольга Лепешинская: «Все, что я хотела сказать, я уже давно станцевала»

В субботу в возрасле 92 лет скончалась великая, легендарная балерина Ольга Лепешинская.

Я хорошо помню ее голос. Совсем не старческий. Глубокий и размеренный:

- Здравствуйте, меня зовут Ольга Васильевна Лепешинская. Я читаю «Комсомолку» уже миллион лет, очень ее люблю и это, пожалуй, единственная газета, которой до сих пор доверяю. Вы очень молоды и скорее всего меня не знаете…Я балерина. Бывшая, – так удивительно скромно всегда начинала разговор эта великая артистка.

Конечно же, я знала ее. И до первого звонка, и все последующие разы тем более - у пожилой женщины была очень плохая память, и она постоянно забывала, что мы уже знакомы. Но поражало полное отсутствие тщеславия у такого знаменитого не только в России, но и на весь мир искусства, человека.

А еще важнее то, что у нее было необыкновенно большое и доброе сердце. Десятки раз она звонила в «Комсомолку», в «Отдел Добрых Дел», который я веду. Говорила: «Знаете, я прочла у Вас про ребенка, который умирает, потому что нет денег на лечение, и не спала всю ночь…Плакала. У меня не очень большая пенсия, но как только через неделю я ее получу, обещаю, что ровно половину передам ему». Обещания всегда исполнялись в точности, - через неделю родителям больного ребенка, о котором я ранее писала, вручалась не только сумма в несколько сотен долларов, но и какой-нибудь подарок для малыша. Это повторялось как минимум раз в два-три месяца.

Вот только болела Ольга Васильевна сильно. Не могла ходить на большие расстояния. Поэтому за помощью надо было приходить к ней домой. И вот ведь штука, даже этим, в сущности, своей болезнью, эта замечательная женщина умудрялась осчастливить людей. Ведь получить приглашение в гости к великой балерине, поговорить с ней, попить с ней чай – само по себе уже большая поддержка и подарок для любого человека. Тем более, для тех, кто оказался наедине со своим горем.

Да что родители, даже дети, которые, возможно, в силу юного возраста не могли оценить всей именитости своего нового «мецената», часто просто визжали от восторга. Не знаю почему, но больше всего я помню пятилетнюю Анечку. Наверное, потому, что именно она до болезни мечтала быть балериной:

- Ярослава, вы представляете, сама Лепешинская! Она подарила мне игрушку – мышку в пуантах и сказала, что видит, как я очень скоро выздоровлю и смогу заниматься балетом. Она сказала, что у меня отличные данные, и чтобы я не стеснялась худобы после «химии», потому что она мне даже поможет, будет проще учиться танцевать…

Той девочки, чьи слова я процитировала почти дословно, потому что помню ее счастье сердцем, увы, не стало раньше, чем Ольги Васильевны. Но благодаря, в том числе и ее помощи, она прожила на несколько лет дольше. Счастливых лет, потому что благодаря лекарствам ей не было больно, а где-то там, впереди маячила обещанная великой артисткой карьера балерины. И пусть она не сбылась, но именно Лепешинская своими добрыми словами зажгла в ее душе огонек счастья давший ей силы бороться до конца.

Были и еще десятки детей, которым Ольга Васильевна помогала деньгами на лечение, дарила подарки и лучик своего сердца. Очень многие из них выжили. В том числе благодаря ей. Года через два периодического общения она, в конце концов, запомнила мое имя и то, что мы знакомы. По крайней мере, именно мне она позвонила пару лет назад с горькой обидой на один из достаточно знаменитых фондов. Они пообещали ей разовую премию, как знаменитой и уже пожилой артистке.

- Я так обрадовалась их предложению, - с дрожащим волнением в голосе говорила Ольга Васильевна, - потому, что как раз накануне прочла про вашу очередную подопечную и очень хотела помочь. Но до дня выплаты пенсии еще далеко, а свободных денег у меня нет. И я им сказала: «Мне лично премия не нужна, у меня небольшие запросы. Но я с радостью получу ее и передам больному ребенку». Они обещали перезвонить и пропали. А сейчас я узнала, что ту премию передали другому артисту. Нет-нет, я не против. Я очень рада, что кому-то помогли, но я уже пообещала деньги родителям той девочки… Я же не думала, что за то, что я захочу сама помочь кому-то другому, меня лишат этой премии!

Мы разобрались тогда в ситуации. Вряд ли кого-то можно было винить. То есть, обещания, тем более данные таким пожилым, а значит ранимым и обидчивым людям, конечно надо выполнять. Но и фонд можно было понять. Они поняли, что самой Ольге Васильевне деньги не очень нужны, и решили вместо нее осчастливить какого-то другого, более нуждающегося артиста. Однако дело даже не в том, кто прав или виноват. Дело в том, как трогательно, искренне и самозабвенно Лепешинская отстаивала интересы чужого и еще даже незнакомого ей больного ребенка.

Я как-то была у нее с одним из детей. Помню немного, мы очень торопились, потому что надо было возвращаться в больницу. Заставленная мебелью прихожая, звенящий тонкий фарфор чашек, хлопочущая у плиты компаньонка и сама Ольга Васильевна в мяком халате величественная, прямая… Хоть и не встающая с кресла, но такая грациозная, как будто только что окончившая очередную балетную партию на сцене.

- Ольга Васильевна, а давайте я к Вам как-нибудь зайду и интервью у Вас возьму? – напрашивалась я, понимая, что передо мной человек-эпоха.

- Что вы, деточка! Я давно не даю интервью. Зачем? Все, что я хотела сказать, я давно станцевала. Если хотите, приходите просто так пить чай, а интервью не надо. Не понимаю людей, которые просто так, за ради славы, читателям глаза мозолят.

Она была, пожалуй, даже слишком скромной. А я, увы, постоянно слишком занятой и уверенной, что что еще десятки раз услышу ее размеренное: «Здравствуйте, я балерина Ольга Васильевна Лепешинская…». И, как всегда происходит в жизни, теперь очень жалею, что опоздала. Но я уверена, что если существует тот, другой мир, о котором иногда говорила сама Ольга Васильевна, то там ее встретило очень много любящих и благодарных ей людей, детей…Умерла не просто легенда и великая артистка балета, умер Человек с большой буквы. Именно для того, чтобы рассказать вам об этом, я написала это маленькое воспоминание. И, надеюсь, Ольга Васильевна простит меня за вкрапления коротких «интервью» с ней, которые она считала бессмысленными. И за то, что я так и не успела прийти к ней «просто попить чай».

СПРАВКА «КП»

Ольга ЛЕПЕШИНСКАЯ. Родилась в Киеве 15 (28) сентября 1916 года. Окончив Московское хореографическое училище, 17-летняя польская дворянка поступает в Большой театр, где сразу становится солисткой. Проработала здесь больше 30 лет.

Лепешинская блистала в «Лебедином озере», «Тщетной предосторожности», «Алых парусах», «Щелкунчике», «Золушке». Критики отмечали ее огненный темперамент и виртуозность вращений. О характере балерины ходили легенды. Однажды она, танцуя в «Красном маке», в первом акте сломала ногу. Балет дотанцевала до конца и, только когда дали занавес, потеряла сознание. Врачи, прибывшие к ней, констатировали перелом в четырех (!) местах! Но уже через три месяца балерина танцевала главную партию в балете «Фадетта».

Читайте: Умерла любимая женщина Сталина, балерина Ольга Лепешинская