Политика

Лукашенко называли «пенициллином от цветных переворотов». Как же он проморгал свою «белую» революцию

В чем схожесть и различия цветных революций в Белоруссии и остальных странах. И какой следующий удар ждать по президенту
В Белоруссии люди на площади говорят, что у них мирный протест.

В Белоруссии люди на площади говорят, что у них мирный протест.

Фото: REUTERS

Спецкоры «Комсомолки», побывавшие на всех цветных революциях и эксперты, изучавшие госперевороты, спрогнозировали дальнейший ход событий в Минске. Политолог, секретарь Союза писателей России Владимир ТОРИН в программе «[НЕ]фантастика» на Радио «Комсомольская правда» задал об этом вопросы журналистам «КП» Александру КОЦУ, Дарье АСЛАМОВОЙ и экспертам Станиславу ТАРАСОВУ и Елене ПОНОМАРЕВОЙ.

«РОЛЬ СЦЕНЫ НА МАЙДАНЕ ТЕПЕРЬ ИГРАЕТ ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛ»

Торин:

- Август-2020 нас «не подвел». И безусловно главное его событие – Белоруссия. Там уже «цветная» революция или нет? Потому что все больше раздается голосов, что это единая технология, как под копирку: в 2003 году - Грузия, в 2004 году – Украина, 2005-й – Киргизия, 2010-й – Тунис, 2011-й – Египет, Ливия, потом Украина номер два в 2014-м, 2018-й – Армения.

И большую часть этих революций лично видел спецкор «Комсомольской правды» Александр Коц. Александр, правда ли, что все эти революции, они как будто созданы в одном месте, где-то спланированы? Как будто по одной методичке…

Цветные революции проходят по одному и тому же сценарию. Будь то Грузия, Украина, Белоруссия или митинг оппозиции в Москве... Фото: AP/EAST NEWS, Getty Images

Цветные революции проходят по одному и тому же сценарию. Будь то Грузия, Украина, Белоруссия или митинг оппозиции в Москве... Фото: AP/EAST NEWS, Getty Images

Коц:

- Методичка есть, она не секретная. Это книги теоретика «бархатных» революций Шарпа. И на постсоветском пространстве, и на Ближнем Востоке все перевороты были донельзя похожи, различалось лишь в деталях.

Везде на начальном этапе это такие прекраснодушные юноши и девушки с солнечными лозунгами – за свободу слова, за честные выборы, за все хорошее, против всего плохого. Но в один момент эти лозунги отодвигаются на второй план и быстро появляется радикальная сила, которая перехватывает протест. Это мы видели и в Сирии, и в Ливии и на Украине. Я это все ставлю в один ряд. Когда государство само по себе слабо… Понятно, что подобные фокусы нельзя провернуть в какой-нибудь Швейцарии, допустим.

Торин:

- А почему?

Коц:

- Как и в той же Америке, это события другого порядка, не революционного. Там люди не декларируют изменение государственного строя. А на постсоветском пространстве это именно свержение действующей власти под красивыми лозунгами демократии, но в итоге ни в одном случае я не припомню, чтобы что-то с демократией стало лучше. Нет таких примеров, к сожалению.

Роль сцены в Минске выполняют Телеграм-каналы. Они создают иллюзию "движухи".

Роль сцены в Минске выполняют Телеграм-каналы. Они создают иллюзию "движухи".

Фото: REUTERS

Торин:

- А сейчас в Белоруссии – это тоже «цветная» революция или нет, по-вашему?

Коц:

- Человек, который считает, что выиграл выборы - я имею в виду не Лукашенко, а Тихановскую - уже прямо назвал, что идет «мирная» революция. Да, это «цветная» революция. Причем в Белоруссии люди на площади очень не любят, когда их сравнивают с Украиной, и говорят, что у них «цветная» революция. Они считают, что у них мирный протест, они вышли сами, никто не проплачивал, не заставлял. И это правда на самом деле.

В том и особенность «цветных» революций, что там не надо никого подкупать, не надо, как на проправительственных акциях, давать разнарядку на предприятия. Люди выходят сами, потому что наболело. Они действительно возмущены тем, как прошли выборы. А тут еще, заметьте, на этих выборах многие голосовали (просто в силу своего возраста) первый раз, и они сейчас - основная протестная масса, это молодые люди, пассионарные, которые с пеленок видят в телевизоре Лукашенко, говорящего о намолотах зерна. Им это надоело. Они первый раз проголосовали, и теперь считают, что их шваркнули просто об землю с их выбором. И, конечно, они очень креативные ребята. Если сравнить их митинги с провластными, то оппозиционный напоминает карнавал. А провластный… Я даже не скажу, что он напоминает советскую первомайскую демонстрацию, потому что она была праздником. А тут что-то такое очень занафталиненное, с примесью чего-то подневольного.

Но эти молодые, которые сейчас протестуют, они не могут понять, что их стремлениями пользуется более организованная сила. Но здесь, в Белоруссии, я вижу главное отличие от предыдущих революций - это новые технологии, которых не было раньше.

Раньше на всех «цветных» революциях была точка притяжения, будь то Тахрир или Майдан, где люди постоянно находятся…

Торин:

- Как бы обороняют некую точку.

Коц:

- Да, фиксируют протест. Это круглосуточная штука без перерыва на обед. Где есть цементирующее звено – сцена. Обязательно должна быть сцена. Там круглые сутки что-то говорят, кто-то поет, сообщают новости. Она держит народ в постоянном напряжении.

Торин:

- А в Минске?

Коц:

- Мне кажется, там пока в принципе нет планов столбить майдан. Потому что для этого протеста не нужна сцена. Роль сцены там выполняют Телеграм-каналы. Они вбрасывают по 10 постов в минуту, с видеороликами. И создается ощущение постоянной движухи.

Сейчас сцена и координатор революции в Белоруссии - это Телеграм-канал «Нехта». Я сам давно имею дело с Телеграмом, и прекрасно понимаю, сколько трудов отнимает то, что делает «Нехта». Это делают не 1-2 человека, это штаб, человек 10-15. Я уверен, что это не добровольцы-волонтеры,