Кокорину и Мамаеву грозит реальный срок. В суде им больше не до улыбок

Александр Кокорин и Павел Мамаев в суде.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН.

В процессе по делу Кокорина и Мамаева что-то неуловимо изменилось. Это уже не просто представление, после которого подсудимых футболистов поругают и отпустят по домам. Это реальный процесс. После него может быть реальный срок. Семья Кокориных это поняла лучше всех.

Другой суд

Это как будто был уже другой суд. Все участники те же – внимательная судья, прокурор все на тех же сексуальных каблуках, пятерка матерых адвокатов… Александр Кокорин, Павел Мамаев и двое других подсудимых все так же сидели в клетке и слушали свидетелей. Все на том же излюбленном месте, которое находится ближе всех к аквариуму сидела гражданская жена Кокорина Дарья Валитова, так же ловила каждое движение Александра. Все так, но… Теперь - ни одной улыбки. Все позы – напряженные, глаза – усталые, Мамаев грызет ногти, кто-то из родственников постоянно отстукивает ногой нервную дробь по ножке скамейки, установленной в зале...

Что-то явно изменилось. Что-то накануне произошло особенное, превратившие шоу «Суд идет» в реальный процесс. И теперь все понимают: цена его – несколько лет жизни.

Единственное, что так могло развернуть процесс – выступления главных потерпевших накануне: Сергея Гайсина и, особенно, Дениса Пака. Кажется, у подсудимых, особенно у Александра Кокорина, была надежда, что выйдет Пак, смягчит свои показания, скажет, что все погорячились, и понесется суд по рельсам миролюбия к смягчению статьи «хулиганство». Не получилось. Пак выходил из суда с кучей журналистов на плечах и с абсолютно непроницаемым лицом.

- Вы простили ребят? – неслись к нему вопросы со всех сторон.

…

- Какое наказание вы ждете для подсудимых?

…

- Что вы скажите в ответ на извинения Кокорина? Вы принимаете их?

…

Тень реального срока

А на утро в инстаграме появилась запись от мамы братьев Кокориных.

«Мои мальчишки, мы пройдем весь этот ужас вместе, - писала она. - Я всегда буду рядом, куда бы вас ни отправили. Знаю, что вы будете далеко друг от друга первый раз в своей жизни. Нас хотят разлучить на большой срок. Это очень тяжелое испытание, но я обещаю соединять вас все это время. Мы выдержим. Спасибо вам за вашу поддержку и улыбки, которые и сейчас появляются на ваших лицах. Они очень греют мне душу. Я очень вас люблю».

Там были не только эти слова. В том же послании от мамы братьев Кокориных были очень непонятные и странные фразы. Типа таких: «Никто даже представить себе не мог, что когда-то, выйдя на улицу в своей любимой стране, тебя могут оскорбить мерзкими словами, и потом тебя же и посадят за решетку за это».

А потом написала и Дарья Валитова.

«Мало того что спустя полгода у потерпевших более жесткие показания, так они в точь точь одинаковые...еще и по бумажки зачитанные! – вспоминала она как Пак давал показания, сверяясь со своими записями. - И кто то после этого мне скажет что это все случайность, что ребята за обычную драку уже сидят полгода , и все идет к тому что им дадут реальный срок».

Реальный срок. Эти два слова ощутимой тенью нависли над клеткой, в которой Кокорин и Мамаев слушают показания свидетелей и потерпевших. И, кажется, сейчас они уже не ждут, когда все закончится, про себя задают один и тот же вопрос: «Сколько?». Журналисты, ожидая когда подсудимых заведут в зал, это слово говорили вслух. Выходило, что Кокорину-младшему, умудрившемуся влезть во все разборки и отличится там, светит больше всех – лет до трех.

Охранник: «Бегут люди, кто-то толкает человека, и я ушел»

А суд катился тем временем своим чередом. Слушали свидетелей. Они мало что могли добавить по обстоятельствам дела. Но понимания жизни – вполне.

Пришел охранник клуба «Эгоист». Он был огромен – размером в шкаф, причем трехстворчатый. И рассказал, что ничего не видел. Вернее видел, но мало.

- Я когда услышал громкие голоса, вышел на улицу, секунд 5-10 там был. Увидел компанию, которая побежала в сторону Белорусского вокзала, - гудел интонациями пожилого трансформатора охранник.

- Кто куда бежал то?

- Я не знаю. Бегут люди. Прыгают возле человека. Его кто-то толкает, он падает. Я обратно зашел в клуб и больше не видел, что происходило.

Роскошные показания! Охранник, человек-гора, при одном только виде которого может затихнуть потасовка, и который вроде как должен поддерживать порядок, уходит в клуб, и закрывает за собой дверь! Это урок всем нам: даже если это утро, даже если центр столицы, ни один охранник к вам не выйдет, если вас будут бить. Помните об этом.

Еще одна сторона ночной Москвы – девушки из клубов. Одна из них, Лала Джафарова, – следующий свидетель и подруга той самой Екатерины Бобковой, той самой волшебной императрицы-лесбиянки из первых судебных заседаний.

- Я пришла в клуб где-то в 12. Ушла в семь утра где-то, - рассказывает девушка. Она одета в серебристую дутую курточку, а низко на глаза у нее надвинута бейсболка.

- В клубе с кем-то познакомились?

- Я не знакомилась. Моя подружка Екатерина была знакома.

- Вы к кому-то подсели?

- Да. К подсудимым. Та еще кто-то был. Кто не помню.

В аквариуме с подсудимыми на нее особо не обращают особого внимания: была какая-то девушка полгода назад, прилипла к компании, чего-то рассказывает. Да и сами показания так себе: что-то видела, что-то нет, кто-то кого-то обозвал, Александр Кокорин кого-то разнимал… Все односложно, очень осторожно и тихим голосом. А потом оказалось, что в «Кофеманию» все вообще уехали без Лалы – забыли ее в туалете отеля Пекин, куда отлучилась после драки.

А еще при чтении допросов следователя выяснилось, что Лала ходит в клуб два-три раза в неделю, и так она нигде не работает, ее заказы оплачивают различные посетители. Не сильно продвинувшие суд показания. Но для общего понимания картины – вполне ничего.

Но вот что главное – в показаниях следователю Лала почему-то говорит о себе в мужском роде, а все они некоторыми абзацами до буквы совпадают с показаниями охранников. Это знание вас приблизит к пониманию того, как работают следователи. Познавательный день получился, чего уж там.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Кокорину было весело! Он смеялся»: Главный потерпевший по делу футболистов Денис Пак дал показания в суде

И вот наконец в суде появился Денис Пак. Первый и единственный соперник весовой категории Мамаева и Кокорина. Давайте прямо, если бы его не было в списке пострадавших, то и дела бы, скорее всего, никакого не было. Он прибыл в суд в максимально демократичном виде для чиновника такого уровня - вельветовые штаны, джемпер, и никаких костюмов и галстуков. Но сразу было понятно, это будет самый жесткий день для подсудимых (подробности)