«Главная тема любых разговоров — война, люди заряжены на бой»: как изменилась жизнь в Израиле после атаки ХАМАС

Солдат ЦАХАЛ отдыхает у своего танка на севере Израиля у границы с Ливаном.

Фото: REUTERS.

Очередное обострение на Ближнем Востоке, начавшееся с атаки палестинского движения ХАМАС на «страну шестиконечной звезды» 7 октября, продолжается ответным ударом уже израильской армии (ЦАХАЛ) по вотчине ХАМАС — Сектору Газа. «Комсомолка» уже делилась впечатлениями обычных жителей этой многострадальной территории: ни воды, ни электричества, крики детей из-под завалов и вопли взрослых раненых, которых врачи оперируют без наркоза.

Но и с другой стороны конфликта, в Израиле, — такие же обычные люди. Что изменилось для них после 7 октября? Об этом сайт KP.RU побеседовал c двумя израильтянами: инженером в области программного обеспечения и публицистом Ильёй Рабиновичем, а также блогером и правозащитником Александром Лапшиным.

ПОЧЕМУ В ЦАХАЛ НЕОХОТНО МОБИЛИЗУЮТ АЙТИШНИКОВ ЗА 40

— Какие вообще настроения в стране, о чём говорят на улицах?

Рабинович: Обстановка в Израиле сильно зависит от географии. Там, где население не было эвакуировано (из прилегающих к Сектору Газа районов — прим. ред.), люди стараются жить обычной жизнью. О чём они говорят? Не сужу за всех, но у нас большинство за то, чтобы «уничтожить ХАМАС с минимальными потерями с нашей стороны». Многие шокированы тем, что боевики творили 7 октября (имеется в виду атака на Кфар-Азу и другие кибуцы, повлекшая многочисленные жертвы среди мирного населения — прим. ред.). Поэтому наши люди эмоционально заряжены на бой. Слышал, что резервисты ЦАХАЛ буквально рвались в свои части. Я же, как и многие другие, помогаю армии. Когда закупался гуманитаркой, мне делали скидку, узнав, что «это для солдат». Хотя и не во всех магазинах.

— Правду ли пишут СМИ, что за 48 часов ряды ЦАХАЛ пополнили 300 тысяч человек.

Лапшин: Мобилизация в Израиле всегда на моей памяти была достаточно эффективной, необходимости приводить кого-либо принудительно нет. План по призыву обычно перевыполняется. Мобилизуют преимущественно тех, кто отслужил не позже, чем 10-15 лет назад и, условно говоря, еще помнит, как держать в руках оружие или водить танк. Чем старше резервист, тем меньше шансов, что его в принципе призовут. После 40 лет быть призванным — очень редкий случай, только если ваша специальность востребована в армии. Из примерно пяти моих друзей 40-45 лет — призвали лишь одного и только потому, что он хирург. Другие вызвались добровольцами, но им отказали: «Пока ваши услуги не требуются».

— У такого «нового солдата» есть социальный пакет?

Лапшин: Любой мобилизованный продолжает получать обычную зарплату по месту работы, что гарантировано государством. Уволить его не имеют права. Этим фактором в том числе продиктовано нежелание армии призывать всех подряд, особенно старше 40 лет. Ведь в данной категории немало высокооплачиваемых специалистов и бизнесменов. Как объяснили моему 49-летнему знакомому (главе департамента в крупной IT-компании): «Армия не считает рациональным брать вас добровольцем в качестве простого шофера или кладовщика и платить вам привычную зарплату в $20 тысяч в месяц».

19 октября. Военнослужащие Армии обороны Израиля слушают выступление министра обороны страны перед началом вторжения в Газу.

Фото: REUTERS.

АТАКУ ПРОСТО «ПРОСПАЛИ»?

— Есть самые разные, в том числе конспирологические, теории — почему же первый удар «октябрьской войны-2023» застал Израиль врасплох.

Лапшин: Для большинства из нас внезапное нападение ХАМАСа со стороны Сектора Газа на наши поселения 7 октября и гибель почти 1400 мирных израильтян стали шоком. Для среднего израильтянина ХАМАС — это относительно безобидные и повторяющиеся каждые 3-4 года «обострения» с ракетными обстрелами приграничных израильских поселений и ответными ударами нашей авиации и артиллерии. Простые люди привыкли думать: «ХАМАС — враждебный, но не слишком опасный элемент». Угрозу, исходящую оттуда, давно перестали воспринимать серьезно, шло тотальное игнорирование явного усиления боевиков, получение ими нового оружия, более дальнобойных ракет, строительство ими сотен километров подземных тоннелей под Газой и в сторону Израиля...

— Боевики обстреливают Израиль самодельными ракетами. Каково живётся под бомбёжками?

Лапшин: Количество воздушных тревог напрямую зависит от близости к границе. Например, в радиусе 10-15 километров от Газы (города Сдерот, Ашкелон, Офаким) тревоги случаются ежедневно и многократно. В Тель-Авиве (центр) — лишь пару-тройку раз в неделю, иногда чаще. А в Хайфе, Нетании и Назарете (ещё дальше на север) тревог не было уже две недели.

Рабинович: У части людей тревожное состояние, особенно когда звучит сирена. Но это зависит от географии. Я живу в центре страны, у нас воздушных тревог обычно по 2-3 в день. На юге — намного чаще. А на севере — есть места, куда вообще не долетает. У нас старый дом, убежище в подвале, а я обитаю на 8 этаже. Поэтому в случае тревоги мы просто выбегаем на лестничную клетку. 7 октября у нас недалеко от дома был прилёт, с потолка посыпалась штукатурка. С тех пор мой сосед, который никогда до этого не выходил на лестничную клетку, выходит…

Похороны израильского сержанта, убитого в ходе наземной операции в северной части Газы.

Фото: REUTERS.

— В Израиле, помимо евреев, живёт и несколько миллионов арабов. Есть ли напряжение между этими двумя частями общества?

Рабинович: У нас, в Бат-Яме, нет. Про другие места лично не знаю. Но нет и особого взаимодействия между евреями и арабами: все живут своими общинами.

Лапшин: Отношения между еврейскими и арабскими гражданами Израиля всегда были непростыми и обострялись во время военных конфликтов. Арабские граждане Израиля давно испытывают сложности с самоидентификацией: они израильтяне или палестинцы? Этнически и культурно они — те же палестинцы, что в Секторе Газа и на Западном Берегу. Но за 75 лет существования Израиля многие поменялось в менталитете и культуре израильских арабов. Они прекрасно знают, что средняя зарплата в Израиле — 11 тысяч шекелей ($2760), а в Секторе Газа и на Западном берегу — 2 тысячи шекелей ($500) в месяц. Они также прекрасно знают, что лучше иметь условно-бесплатную и качественную медицину и социальную защиту в Израиле, чем не иметь ничего в Газе. Не говоря уж о том, что израильские арабы пользуются всеми преимуществами израильского паспорта, безвизового в Европу, Канаду и США. Но с другой стороны, арабы Израиля продолжают чувствовать себя людьми «второго сорта», и это им к сожалению, также постоянно дают почувствовать израильтяне.

ИТОГО. БЫТ ПОЧТИ НЕ ИЗМЕНИЛСЯ…

— То есть, как бы то ни было, на большей части страны мирная жизнь продолжается, недостатка в продуктах нет?

Рабинович: Сейчас дефицита нет, в магазинах имеется всё необходимое. Хотя в первые дни войны были люди, буквально сметавшие товары с полок. Но сейчас всё как обычно. А вот цены повышаются уже давно и продолжают расти. Когда остановятся — никто не знает. У нас достаточно сильная инфляция за последние год-полтора (по данным экономической статистики, примерно 5% — прим. ред.). Для населения, которое привыкло к почти нулевому изменению цен, это неприятно.

Лапшин: Глобально жизнь в Израиле в бытовом плане не поменялась — исключая, конечно же, десятки тысяч эвакуированных из приграничных с Газой и Ливаном населенных пунктов. В Хайфе все как обычно, люди ходят на работу, дети в школы, на пляжах в выходные достаточно людно, рестораны и кафе открыты. Конечно же, главная тема любых разговоров — это война, и люди в напряжении. Но визуально, думаю, турист особой разницы с мирными временами и не заметит. С предыдущим оратором я не совсем согласен, на мой взгляд, цены особо не поменялись, разве что был скачок на некоторые овощи, поскольку 50% таковых выращивалось как раз в районах, прилегающих в Газе. Но этот вопрос решили срочным импортом из Европы.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Операции без наркоза, крики выживших под завалами и детские тела на улицах: что происходит в Газе после введения блокады

Журналист Тарек Альян: Запасы продовольствия в Газе на исходе (подробности)