Экономика10 августа 2021 7:00

Работаем много, а толку мало: Почему производительность труда в России намного ниже, чем в развитых странах

Даже в Турции и Латвии эффективность работников в полтора раза выше нашей. Как нам их догнать?
«Убиваться на работе» и «эффективно трудиться» - не одно и то же

«Убиваться на работе» и «эффективно трудиться» - не одно и то же

Фото: Алексей БУЛАТОВ

РОССИИ ЕСТЬ ОДНА БЕДА - ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬ ТРУДА

Наш народ очень работящий. Да что там - мы вкалываем чуть ли не больше всех на планете! По данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), Россия занимает шестое место в мире по числу рабочих часов в год. У нас таких часов набегает 1972, у американцев – 1800, а у немцев или голландцев – вообще 1400.

Хотелось бы похвалить нас за трудолюбие, да не будем. «Убиваться на работе» и «эффективно трудиться» - не одно и то же. Как подсчитала все та же ОЭСР, по эффективности работы мы сильно отстаем от развитых стран. Производительность труда в России - $31,2 в час. Проще говоря, за час своей работы среднестатистический россиянин производит товаров и услуг на 31 бакс. Самые эффективные работники – жители Ирландии, Норвегии и Люксембурга, производительность труда у них в три с лишним раза выше, чем у россиян. Средний показатель по еврозоне - $66,8 в час.

Как и любая хроническая проблема, низкая производительность труда в России не имеет одной главной причины. Иначе исправили бы ее разом и тут же перегнали Запад.

Одна из главных причин такой ситуации - наша технологическая отсталость. Возьмем один из наглядных примеров: станки. Понятно же, что на современном оборудовании один рабочий за час сделает больше качественной продукции, чем на старом станке.

- О какой производительности труда можно говорить, когда станочный парк у нас минимум на 85% импортный и при этом процентов на 80 морально устаревший? Период обновления машин - например, сельхозтехники - у нас в три-четыре раза дольше, чем в Европе, - сетует Юрий Крупнов, председатель Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития.

Можно было бы списать это на разруху 90-х, от которой наша экономика долго и болезненно отходит. Да не получится.

- Еще студентом в 80-х годах я писал статью об уровне амортизации оборудования в Советском Союзе. И нашел цифры, что у нас в легкой промышленности используются станки начала XX века, - вспоминает Александр Сафонов, проректор Финансового университета при правительстве РФ. - Сейчас ситуация не сильно изменилась: у нас до сих пор используется устаревшее оборудование, поэтому трудозатраты значительно выше, чем во многих других странах. Бизнес не инвестирует в модернизацию средств производства.

Почему не инвестирует? Да потому что незачем.

- Когда есть конкуренция, ты вынужден все время совершенствовать производство. Она заставляет тебя быть более эффективным, - говорит Александр Сафонов. - В Советском Союзе все было планово, конкуренция там была не нужна. В итоге мы получили в наследство от СССР неконкурентную экономику, и, к сожалению, во многих отраслях ситуация практически не изменилась. Именно слабую конкуренцию я считаю главной причиной низкой производительности труда в России.

А где слабая конкуренция - там и коррупция, ее верная подельница.

- Коррупция убивает конкуренцию. Допустим, бизнесмен хочет открыть предприятие по деревообработке. Но он не может этого сделать, потому что рядом есть другая деревообрабатывающая компания, которая платит чиновникам, чтобы они не выдавали конкурентам разрешений на работу. В результате на рынке работает одна компания, и у нее нет стимула повышать качество продукции и эффективность работы своих сотрудников. Зачем, если «конкурентную борьбу» можно выиграть при помощи взяток? - описывает нашу суровую бизнес-реальность частный финансист Нарек Авакян. - Кроме того, на производительность труда в России прямо влияет коррупционный налог. Это взятки, откаты, которые практически все предприниматели вынуждены платить, чтобы им не мешали работать. В результате у компаний остается меньше денег на модернизацию производства, на зарплаты и т. д.

Есть и другой серьезный тормоз для производительности. Недавно глава Счетной палаты Алексей Кудрин сообщил, что доля государства в российской экономике – почти 50%, причем за последние годы эта цифра выросла на 10%. И ФАС, и Счетная палата заявляли, что они «обеспокоены этой ситуацией».

- Производительность труда на госпредприятиях традиционно ниже, чем в частных компаниях. Потому что частный бизнес, в отличие от государства, прямо заинтересован в том, чтобы зарабатывать больше. И он готов активнее вкладывать деньги в развитие, платить более высокие зарплаты сотрудникам, которые эффективно работают, - говорит Нарек Авакян. - Даже в российских реалиях мы видим, что и зарплаты, и производительность труда на частных предприятиях в два-три раза выше, чем в аналогичных госкомпаниях. Да и требования к квалификации работников в госсекторе ниже, чем у частников.

И раз уж зашла речь о зарплатах, то как ни крути, а они у нас намного ниже, чем в развитых странах. И это тоже сильно влияет на производительность труда. Если средняя зарплата в США - 4200 долларов, то в России - 56 тысяч рублей (765 долларов). В 5,5 раз ниже. Да, еда или бензин за океаном дороже. А вот новые станки или компьютеры что в России, что в США, что в Уганде стоят примерно одинаково.

- В России дешевый труд. Поэтому многим работодателям дешевле нанять еще одного сотрудника и платить ему зарплату, чем вкладывать деньги в модернизацию оборудования, - говорит Александр Сафонов.

ЗАНИМАЕМСЯ НЕ СВОИМ ДЕЛОМ

Было бы неправильно сваливать всю вину на государство. Перефразируя профессора Преображенского, низкая производительность труда - она не только в экономической системе, она в головах. А все потому, что работать не любим.

- Когда люди приходят ко мне на консультацию, я задаю вопрос: чем бы вы занимались, если бы у вас было много денег и не было необходимости их зарабатывать? И большинство отвечает, что они бы путешествовали, отдыхали, развлекались - в общем, не делали бы ничего полезного, - рассказывает карьерный консультант Галина Бобкова. - Люди воспринимают работу как обузу. По данным разных исследований, около 80% людей у нас работают только ради зарплаты. А когда ты идешь на работу только из-за денег, такая мотивация действует три-четыре месяца. Потом производительность падает.

Проблема в том, что большинство из нас никогда не работало для души и не знает, что это такое любимая профессия.

- У нас очень много людей - гораздо больше, чем на Западе - работают не по специальности и не по призванию. Это один из перекосов раннего, «дикого» капитализма, - говорит Галина Бобкова. - В 90-х и «нулевых» годах в России многие важные и полезные профессии стали считаться непрестижными, платили там мало. А бизнес стал развиваться, предлагать большие зарплаты. В результате, чтобы хоть как-то себя обеспечить, педагоги пошли в офис-менеджеры, психологи - в менеджеры по персоналу и т. д. И до сих пор люди зачастую идут работать не по призванию, а туда, где больше платят. А когда ты не на своем месте, то меньше стараешься и твоя производительность не на высоте.

Есть и еще одна важная причина, которая убивает желание выкладываться – многие не видят смысла в своем труде.

- Это бич нашего времени и нашей экономики: многие люди не понимают, ради чего они работают. Я слышу это постоянно, - говорит Галина Бобкова. - Например, приходит ко мне менеджер по продажам и говорит: вот продам я в три раза раза больше дезодорантов. Прибыль вырастет, начальство набьет карманы. А что с этого обществу, людям? Огромное число людей не видит результата своего труда и это их очень демотивирует.

И тут придется снова покритиковать родную систему народного хозяйства. Если у нас основой экономики является госсектор, то в развитых странах - малый бизнес. И в Германии, и в США две трети рабочих мест созданы компаниями малого и среднего бизнеса. Доля таких компаний в американской или немецкой экономике – около 50%, а в российской - лишь 20%. Госсектор - это когда ты буришь скважину для добычи нефти, которая потечет по трубе в неведомую страну, или делаешь винтики для танков, которых никогда не увидишь. Это и есть та самая оторванность от результата своего труда, которая снижает производительность. А когда у тебя свой малый бизнес и ты печешь ароматные булки в собственном семейном ресторанчике, то результат твоего труда - вот он, в руках улыбающихся покупателей.

ДОГНАТЬ И ПЕРЕГНАТЬ ТУРЦИЮ

Но не все так плохо - похоже, постепенно ситуация начинает меняться.

- Сейчас наш рынок труда в кризисе, - констатирует Галина Бобова. - Вакансий много, а откликаются на них очень вяло, хотя работа людям нужна. Причина - в том, что у многих пошло отторжение от наемного труда, от работы в крупных компаниях. Все идет в сторону занятия своим делом, развития малого бизнеса, самозанятости, работы по призванию. И очень хорошо, что государство у нас развивает самозанятость. Им дают льготы, низкие налоги. За этой системой будущее. Когда ты работаешь на себя и видишь результат своего труда, то не теряешь мотивацию, как в конвейерной системе, и твоя производительность выше, - говорит Галина Бобкова.

Впрочем, результат своего труда можно видеть и на госслужбе. Когда ты педагог и гордишься прогрессом своих учеников. Когда ты врач и спасаешь жизни людей.

- К счастью, сейчас у нас начинают достойно платить врачам, учителям, людям физического труда. Еще недавно эти профессии считались непрестижными, и государство, наконец, стало осознавать их важность. Поэтому сейчас я вижу процесс возвращения людей в социальные профессии, - говорит Галина Бобкова.

Повышать производительность у нас пытаются и «напрямую». С 2019 года в стране работает правительственный нацпроект, который так и называется – «Производительность труда». Работает он точечно: к нацпроекту «подключаются» предприятия, и для каждого кураторы индивидуально решают, как улучшить производительность. Где и как повысить надои, автоматизировать работу с документами, модернизировать производство. Правительство отчитывается: на 200 компаниях, первыми присоединившихся к нацпроекту, «выработка выросла на 36%, сократились запасы незавершенного производства на 39%, сократилось время производства продукта на 39%». Сейчас в проекте уже 2600 предприятий.

Растет и производительность труда по России в целом. По данным Организации экономического сотрудничества и развития, за последние три года она увеличилась на $1,7 - с 29,5 до 31,2 доллара в час. Растем!

Да только вот в той же Ирландии за это время часовая производительность труда выросла на 17 долларов, в Люксембурге – на 6 долларов, в среднем по еврозоне - на 4 доллара. Да что там Западная Европа – в той Турции или странах Прибалтики производительность труда заметно выше, чем у нас. Так что повышать надои и обновлять станки на отдельных предприятиях – это, конечно, очень важно. Но пока у нас слабая конкуренция, сильная коррупция и малый бизнес в зачаточном состоянии, повысить производительность по экономике в целом будет сложно.

Впрочем, есть у нас и национальный план развития конкуренции, и нацпроект «Малое и среднее предпринимательство». И если все заработает как надо, в обозримом будущем не Европу и Америку, то хотя бы Турцию догнать нам вполне по силам. Если, конечно, она не будет убегать вперед.

ТОЛЬКО ЦИФРЫ

Эффективность работы в разных странах

Государство и производительность труда, (долларов в час)

Ирландия 121,8

Люксембург 110,6

Норвегия 88,8

Дания 87,8

США 80,7

Франция 79,7

Австрия 79,0

Швеция 78,8

Нидерланды 77,1

Германия 75,0

Еврозона (19 стран) 68,8

Евросоюз (27 стран) 58,2

Литва 49,7

Эстония 48,3

Турция 44,3

Латвия 44,0

Греция 39,2

Чили 35,2

Россия 31,2

Коста-Рика 29,2

Мексика 22,3

ЮАР 21,3

Колумбия 15,5

По данным Организации экономического сотрудничества и развития.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

В России резко снизилось число бедных. Что это: реальный рост доходов или манипуляции со статистикой?

Правильный ответ - и то, и другое. В результате малоимущих в стране официально стало меньше на 3,4 млн человек (подробности)