Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-4°
Boom metrics
Общество
Эксклюзив kp.rukp.ru
31 октября 2021 9:20

Перевал Дятлова: Важные документы из уголовного дела по гибели туристов могли просто разворовать

Поисковик Владислав Карелин рассказал, при каких обстоятельствах он впервые познакомился с секретными документами
Участник поисков Владислав Карелин.

Участник поисков Владислав Карелин.

Фото: Личный архив героя публикации

Напомним. Зимой 1959 года в горах Северного Урала пропали девять туристов-лыжников, ушедших в поход под руководством Игоря Дятлова. Через месяц спасатели обнаружили их разрезанную палатку. А в радиусе полутора километров от нее - пять замерзших тел. Трупы остальных нашли только в мае. Почти все туристы были разутые и полураздетые. У некоторых - смертельные травмы. До сих пор не разгадано, почему ребята убежали на лютый мороз и на свою погибель.

Уголовное дело о смерти туристов возбудили, когда была найдена палатка и первые тела – Кривонищенко и Дорошенко. Расследование проводил прокурор криминалист, младший советник юстиции Лев Иванов. Он же 28 мая 1959 постановил: «причиной гибели туристов являлась стихийная сила, преодолеть которую туристы были не в состоянии».

15 июня 1959 года уголовное дело по запросу сверху было выслано в Москву. 6 июля оно вернулось в свердловскую прокуратуру с сопроводительным письмом, подписанным заместителем прокурора РСФСР Леонидом Ураковым, и отправлено по распоряжению областного прокурора в секретный архив. Здесь же приписка, что некий «пакет должен храниться в совершенно секретном производстве».

Зампрокурора РСФСР Ураков возвращает дело.

Зампрокурора РСФСР Ураков возвращает дело.

Вряд ли «дятловское» дело стало бы достоянием общественности, если бы спустя 25 лет в 1984 году с него не сняли гриф секретности. И вот тогда началось самое любопытное. Уголовное дело тайком выносили из прокуратуры, чтобы его могли почитать все желающие. Об этом спустя 62 года после трагедии решился нам рассказать друг Игоря Дятлова, участник поисков погибших туристов Владислав Карелин. Ему слово.

ДЕЛО НА ОДНУ НОЧЬ

«Напротив здания института, где я работал, находился завод, в то время «почтовый ящик». На заводе активно функционировала туристская секция, во главе которой был Леонид Скрипов. Мы с ним частенько встречались на тротуаре, ведущем к заводу. Однажды он при встрече спросил меня: «А не хочешь ли ты посмотреть уголовное дело о гибели группы Дятлова?». Я, конечно, сказал «да». Договорились назавтра встретиться на этом же месте. На следующее утро я получил пакет. Но с условием – всего на один день. Рабочий день у меня выдался напряженным. Поэтому мне удалось раскрыть том дела только вечером дома. Я листал страницы всю ночь, до пяти часов утра. Сделал выписки, которые у меня хранятся до сих пор. А поутру вернул том Леониду. Я спросил его: «Какими путями это дело попало к тебе?». В ответ он сказал, что в прокуратуре работает то ли его родственник, то ли хороший знакомый. И так как гриф секретности с дела был снят, то с ним представилась возможность познакомиться. Кто еще в то время смог полистать это дело – неизвестно. Очень жаль, но Леонид Скрипов через несколько лет погиб на сплаве по реке Нарын в Киргизии.

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНЫЙ ПАКЕТ

Конечно, я читал дело в спешке. Ряд документов остался вне поля моего внимания. Но самым удивительным оказалось расположение пакета в самом конце дела. Пакет состоял из нескольких листов, согнутых пополам. В нескольких местах листы были продырявлены дыроколом. А в дырочки был продернут шнурочек, концы которого были скреплены сургучной печатью. И еще в нескольких местах на дырочках пакета были поставлены такие же сургучные печати. И тогда я понял, что именно этот пакет имеет гриф «совершенно секретно». Такое оформление секретных документов мне было прекрасно знакомо.

В начале 50-х годов прошлого века я учился на физико-техническом факультете Уральского политехнического института. Ряд специальных лекций, включая и курс радиационной безопасности, у нас были «секретными». Каждому студенту выдавалась тетрадь с дырочками, шнурком и сургучной печатью. И свои пометки на лекциях можно было делать только в своей личной тетради. Перед лекцией ее нам выдавали под расписку, а после лекции ее нужно было сдать также под расписку.

Содержимое пакета меня очень заинтересовало. Сломать сургучные печати я не решился. Стал аккуратно отгибать свободные концы листов. Увидел отрывки каких-то таблиц. Прочитал несколько раз слово «радиоактивность». И понял, что в «совершенно секретном» пакете представлены результаты измерений радиоактивного загрязнения.

Далее обращаю внимание читателя на запись, сделанную Ивановым: «Листы дела 370-378 как не относящиеся к делу изъяты и хранятся в особом секторе облпрокуратуры».

Распоряжении о хранении документов в особом секторе.

Распоряжении о хранении документов в особом секторе.

Но если пакет подшит к уголовному делу, значит листы не были изъяты. Вероятно, областной прокурор решил оставить в общих документах, а не в «особом секторе». И именно благодаря этому «секретному пакету» надежно сохранилось полностью все уголовное дело».

КУДА ДЕЛИСЬ ДОКУМЕНТЫ?

Вопрос о надежной сохранности всех документов лично для нас, журналистов «КП», остается спорным. Мы не раз писали, что в деле нет многих процессуальных документов – постановлений о проведении судебно-медицинского исследования, например, или результатов гистологии. Нет ответа на вопрос, почему ивдельский прокурор Темпалов возбуждает дело, а потом вдруг переходит в статус свидетеля. И еще много чего. Мы списывали подобные огрехи на халатную работу следователей. А что если недостающие документы «втихушку» забрали себе на память те, кто брал почитать уголовное дело на одну ночь, как Владислав Карелин? Мы ни в коем случае не обвиняем Владислава Георгиевича. Но кто знает, сколько раз и для кого дело тайком выносили из прокурорского архива?

Подписка эксперта Левашова.

Подписка эксперта Левашова.

КОПИИ ВМЕСТО ОРИГИНАЛОВ

А вот вам еще один любопытный момент. Речь идет все о том же совершенно секретном пакете. Карелин видел этот пакет, опечатанным сургучом и прошитым шнурочком. Что видим мы в известной всем копии уголовного дела?

- На большей части листов радиационной экспертизы следы проколов не просматриваются, - показывает Владислав Карелин. – Они есть только на постановлении о назначении физико-технической экспертизы, на подписке эксперта Левашова и на его заключении ничего нет. Следовательно такое заключение не является оригиналом. Да и написано оно не почерком Левашова по сравнению с его подпиской. Таким образом, физико-техническая экспертиза с результатами исследований радиационного загрязнения в 1959 году считалась секретной. Поэтому была оформлена отдельно с грифом «совершенно секретно» и хранилась в отдельном пакете. После снятия грифа секретности часть листов экспертизы заменили копиями. Но все ли листы вложили в уголовное дело уже как не секретные?

В уголовном деле дятловцев вместо оригиналов поставновления об экспертизе и допроса эксперта Левашова хранятся копии.

В уголовном деле дятловцев вместо оригиналов поставновления об экспертизе и допроса эксперта Левашова хранятся копии.

ОТ АВТОРОВ

При вновь открывшихся обстоятельствах рискнем предположить, что один из ночных читателей дела не побоялся, в отличие от Карелина, вскрыть сургучный пакет. Пока вскрывал, порвал прошивку. И работник прокуратуры, который брал на себя смелость выносить столь серьезный документ из архива, после устранял собственную оплошность. Обрезал надорванные края там, где это было возможно, и вложил копии вместо испорченных оригиналов. Так, к примеру, само постановление о проведении экспертизы – копия. Почему? Да не потому ли, что оригинал был халатно утрачен?

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Перевал Дятлова: «Зэки нам говорили - туристов убили, но ищете вы не там»

Наши журналисты пообщались с еще одним поисковиком пропавшей группы лыжников – военнослужащим Хамзой Синюкаевым (подробно)